На главную страницу
Отправить сообщение
Карта сайта

Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация
 Войти  Регистрация













Календарь

Журнал "Финноугория. Этнический комфорт". Выпуск 1 (9), 2010 г.

ПРОЕКТЫ

Вячеслав Гайзер: "У Республики Коми
появится новый бренд"

В последние годы на самых разных уровнях активно развивается сотрудничество финно-угорских народов. Значительный вклад в этот процесс вносит и Республика Коми. Общепризнано, что Коми – один из основных научно-исследовательских и культурных финно-угорских центров. Однако в самое ближайшее время научный и культурный потенциал республики пополнится новым масштабным проектом –Финно-угорским этнокультурным парком. О строящемся Этнопарке журнал «Финноугория. Этнический комфорт» беседует с Главой Республики Коми Вячеславом Гайзером.

– Вячеслав Михайлович, что представляет собой проект Этнопарка в селе Ыб?

– Это современный многофункциональный комплекс  под названием «Финно-угорский этнокультурный парк», то есть целый комплекс объектов, основные из которых – конгресс-холл, гостиница, кафе, летний театр, музей финно-угорской игрушки и многие другие. Тут же будет представлена деревня с подворьями финно-угорских народов.

Кроме того, предусматривается строительство спортивных и развлекательных площадок для обслуживания туристов и отдыхающих. Это горнолыжный комплекс, лодочная станция, домики отдыха, рыбацкая деревня, палаточный городок.

Мы рассматриваем комплекс как базовую инфраструктуру для мероприятий и форумов финно-угорской направленности и развития международного и межрегионального сотрудничества в самых разных сферах и областях. Разумеется, финно-угорский Этнопарк будет ориентирован и на  развитие  культурно-познавательного внутреннего и въездного  туризма.

Решение о создании природно-ландшафтного историко-культурного музея-заповедника стало логическим шагом в направлении развития финно-угорского сотрудничества после открытия в республике Финно-угорского культурного центра Российской Федерации.

– Кто потенциальные посетители Этнопарка?

– Это люди, заинтересованные в хорошем досуге и активном отдыхе. Прежде всего, это  жители Республики Коми –  как взрослые, так и дети, потому что  новый комплекс предусматривает различные семейные программы по типу «отдых выходного дня».  Детям будут интересны интерактивные музеи, музей игрушки, они смогут отдохнуть в парковой зоне, покататься на велосипеде, посмотреть кинофильм. Здесь будет где пообедать и отдохнуть всей семьей.

Безусловно, парк  рассчитан и на активную молодежь – любителей различных видов спорта, рыбалки, рафтинга. Парк будет представлять интерес не только  для туристов из финно-угорских стран и регионов России, но и для любителей этнического туризма со всего мира.
 
При этом не нужно забывать, что комплекс предусматривает проведение на его территории массовых праздников, традиционных обрядов, организация которых будет включена в план-календарь работы Этнопарка.  То есть любой желающий в Парке сможет приобщиться к культуре своего народа и включиться в массовые игры.

Конгресс-холл рассчитан на проведение форумов, встреч и иных мероприятий на высоком уровне. Значит, гостями Парка будут также и лидеры  финно-угорского движения, руководители финно-угорских стран и регионов России.
 
– Как Вы оцениваете место, выбранное для строительства Этнопарка?

–  Замечательное место! Исторически уникальное, плюс к этому – невероятно красивое. Старинное коми село Ыб находится недалеко от Сыктывкара – всего в 55 километрах – и в 49 километрах от районного центра, села Выльгорт.  Рядом пролегает федеральная трасса Киров–Сыктывкар, поэтому вся транспортная сеть развивается с опорой на эту магистраль. Река Сысола, вдоль которой почти на 15 км растянулось село, является судоходной от своего устья в районе Сыктывкара и до границ села. На территории поселения расположены шесть мелких озер. Кто бывал – знает, что там много подземных ключей с родниковой водой.

Да и сам ландшафт села очень красив: высокий берег реки Сысолы, местность с возвышенностями и холмами, на которых разбросаны деревни, составляющие село и с которых открывается панорамный вид на пойму реки и тайгу. 

Что касается истории, то это одно из самых старых поселений республики, первые упоминания о нем относятся к XVI веку. Здесь множество памятников православной культуры. Кроме того, село – «святое место», неразрывно связанное с именем православного просветителя коми-зырян XIV века Стефана Пермского. На территории Ыба сегодня сохранились пять часовен.  В селе действуют два храма –  в деревне Погост  храм Вознесения Господня – белокаменный собор, возведенный еще в начале XIX  века. В  деревне Степановка – женский монастырь преподобного Серафима Саровского.

Природным достоянием и одновременно памятниками православной культуры поселения являются святые источники. Их девять. Практически с каждым из источников связаны легенды об их целебных свойствах для излечения от различных болезней.
Еще один уникальный православный памятник и одновременно памятник природы – могучая многовековая ель – «Ыбское чудо», «святое место». С точки зрения экологов, возраст дерева составляет не менее 320 лет. На ель вознесена икона Параскевы Пятницы. Это традиционное место молений и паломничества верующих.

У села  значительный историко-этнографический потенциал: есть интересный муниципальный историко-краеведческий музей, в котором собрано около 1,5 тысячи предметов, здания дореволюционной постройки.  За пределами республики мало кто знает, что на территории поселения  располагаются арехеологические памятники – средневековое  городище, стоянка периода раннего железного века. Уникальными являются обнаруженные в 2003 году у деревни Каргорт  фрагменты скелетов ихтиозавров и плезиозавров юрского периода.

Из природных ресурсов можно отметить залежи голубой и белой лечебной глины, природный объект «голубой ельник», произрастающий на почве с преобладанием голубых глин, «можжевеловый пруд».

– Вячеслав Михайлович, как Вы считаете, что, кроме известности, принесет этот проект региону?

– Разумеется, проект ориентирован на развитие в республике туризма, являющегося перспективным направлением модернизации региональной экономики. Поэтому Этнопарк, конечно, станет одним из туристских брендов республики.
Следует отметить, что реализация проекта послужит развитию территории, развитию экономики района. Это взаимосвязанные процессы, их не следует противопоставлять.
 
Строительство Этнопарка, его эксплуатация – это появление рабочих мест для жителей района. Причем одно рабочее место в туризме создает несколько рабочих мест в смежных отраслях: в строительстве, в торговле, в сфере услуг и т. д. Такова специфика туризма. Комплекс такого уровня нужно соответствующим образом обслуживать, поддерживать его функционирование. Естественно, получит поддержку малое и среднее предпринимательство. Этнопарк будет работать на имидж республики, что повысит ее инвестиционную привлекательность.

Если подытожить, то можно отметить три составляющие эффективности создания Парка. Это бюджетная эффективность, которая  выражается в увеличении налоговых поступлений в республиканский и местные бюджеты вследствие развития туризма, малого и среднего бизнеса и смежных с ними отраслей.

Вторая составляющая – экономическая эффективность, состоящая в увеличении производственного потенциала субъектов сферы туризма и объемов предоставляемых ими услуг, а также в росте объемов производства местной промышленности строительных материалов. Выполнение программных мероприятий окажет стимулирующее воздействие на развитие торговли, сферы услуг и пищевой индустрии, что приведет к улучшению экономических результатов за счет действия мультипликативного эффекта туризма.

И, наконец, социальная эффективность, которая  проявится в популяризации и развитии финно-угорского наследия, повышении роли Республики Коми в финно-угорском сообществе, создании новых рабочих мест в строительстве, сфере туризма и смежных отраслях, а также условий для роста реальных доходов населения.

– Какую оценку на федеральном уровне получила инициатива создания Этнопарка в республике? Какую помощь от федерального центра следует ожидать в связи с этим?

– Начну с того, что  проект создания многофункционального комплекса «Финно-угорский этнокультурный парк» мы презентуем с 2009 года. В этом году он был представлен  в Йошкар-Оле на II международном форуме «Финно-угорский этнокультурный проект: расширение границ».  На форуме присутствовали представители  финно-угорских народов из 33-х регионов России, а также Эстонии, Финляндии и Украины.

Презентация проекта «Финно-угорский этнокультурный парк», с которой выступил один из его авторов, глава Сыктывдинского района Артур Рудольф, вызвала аплодисменты всех, кто присутствовал на форуме. Учитывая масштабность и оригинальность проекта, который охватывает ряд направлений, включающих не только туризм, но и пропаганду и сохранение истории, быта финно-угров, работа рекомендована для дальнейшего рассмотрения в Министерстве регионального развития РФ для включения проекта в список претендентов на дополнительное финансирование из федерального бюджета.

Со своей стороны, республика провела предварительные переговоры с федеральными структурами. Благодаря мощной туристической составляющей,  проектом серьезно заинтересовались Федеральное агентство по туризму и иные структуры. Сегодня мы имеем основания рассчитывать на федеральную поддержку в реализации проекта.

В ближайшее время мы планируем провести в Москве презентацию комплекса с участием федеральных органов власти и бизнес-структур, где будут подробно освещены  все составляющие этого проекта.

– Кто является инвестором проекта? Как к нему относится местное бизнес-сообщество?

– Мы утвердили долгосрочную республиканскую целевую программу, предусматривающую первоочередные шаги по реализации проекта. В рамках программы запланированы бюджетные ассигнования в размере 200 миллионов рублей на строительство первоочередных объектов парка.

Общая стоимость проекта значительно выше. Сейчас нашей первостепенной задачей является привлечение бизнеса, в том числе малого и среднего, к реализации проекта. Эту задачу предстоит решить в ближайшее время. Требуется  сформировать механизмы партнерства власти и бизнеса.

Республиканские  бизнес-структуры отнеслись положительно к идее проекта и с самого начала его разработки  активно включились в совместную работу. Среди них ООО «Архитектурная мастерская «Модулор», ООО «Здравницы Республики Коми».

– Предполагалось, что строительство первой очереди Этнопарка начнется уже в начале этого лета. С чем связана задержка?

– Механизм строительства уже запущен. На данный момент специалистами республиканских профильных организаций проведены проектно-сметные работы и иные необходимые процедуры для того, чтобы начать строительство. Начаты строительно-монтажные работы по шести объектам, в числе которых конгресс-холл, гостиница, музей.
 
– Когда первые туристы смогут посетить новую достопримечательность республики?

– Открытие Финно-угорского этнокультурного парка запланировано к празднованию 90-летия государственности Республики Коми. 2011-й год – год 90-летия нашего региона.  И, может быть, не в таком массовом количестве, но в юбилейный год Парк уже примет своих посетителей. Доехать до него можно будет по федеральной трассе, уже будут построены гостиница и кафе. Желающие смогут разместиться в палаточном лагере на стационарной оборудованной площадке. А для многих жителей и гостей нашей республики село уже сегодня является местом активного посещения. 

Беседовала Полина Романова

Фото пресс-службы Главы и Правительства Республики Коми;
Константина Романова


ВЕКТОР ДВИЖЕНИЯ

Маргарита Лянге: «Этническая журналистика позитивна»

C 27 по 29 июля 2010 года в Финно-угорском культурном центре Российской Федерации проходил семинар-тренинг «Этническая тематика в СМИ» для журналистов федеральных, региональных и этнических СМИ Северо-Западного федерального округа. Это первый из пяти запланированных семинаров, проводимых Гильдией межэтнической журналистики. Корреспондент журнала «Финноугория. Этнический комфорт» побеседовала с председателем Гильдии, советником директора редакции радиовещания «Радио России» Маргаритой Лянге.

– Маргарита Арвитовна, Вы заметили, что подавляющее большинство собравшихся на семинаре – женщины. У этнической журналистики женское лицо?

– И не только у этнической. Если вы посмотрите, кто поступает на факультеты журналистики, кто работает сейчас в СМИ, то увидите, что это в основном женщины. Журналистика – это профессия тяжёлая, не так уж хорошо оплачиваемая, не особенно престижная и не приносящая большой славы. Во всех подобных профессиях у нас преобладают женщины. Раньше, когда журналист имел определённый социальный статус, в журналистике было много молодых людей.

В этом году я принимала экзамены на журфаке МГУ, мы провели собеседование с 20-ю абитуриентами, и среди них было только два мальчика. Это уже о многом говорит. О чем?.. Мне кажется, о том, что женщины – вообще могут всё. И там, где много работы, где она тяжёлая, у нас трудятся  женщины. Не знаю, хорошо это или плохо. Это – объективная реальность сегодняшнего дня.

– Как Вы оцениваете состояние этнической журналистики в Республике Коми?

– Если выстраивать некую шкалу, то журналистика, освещающая этнические вопросы, не в нижней части этой шкалы, а даже приближается к верху. Здесь развиты разные сегменты. И хорошо развит Интернет. Коми начала работать с электронными СМИ одной из первых и далеко продвинулась и в оформлении сайтов, и в наполнении, и в навигации. Многие этнические сайты сейчас находятся в состоянии новорождённого и сделаны по принципу «я тебя слепил из того, что было». А в Коми сайты уже достаточно профессиональны. Очень важно, что у них есть новостные ленты. Наличие регулярных новостей – это уже показатель качества, это заявка на хороший уровень.

– Вы возглавляете Гильдию межэтнической журналистики. Чем конкретно она может помочь небольшим региональным СМИ?

– Прежде всего, повышением профессионального уровня. Невозможно каждому выбить грант, к тому же всё зависит от конкретной ситуации. СМИ северных народов, к примеру, обычно не имеют больших проблем с финансированием властями, но у них проблемы с потребителем: пресса не всегда интересна. Невозможность найти финансового «донора», невозможность выстроить отношения с властью – это всё симптомы непрофессионализма. А нужно быть журналистом, с которым считаются. Если у тебя низкий уровень, о тебя будут вытирать ноги и говорить: «Мы тебе дали три копейки – радуйся». И дальше это повлечёт за собой следующую проблему: кроме того, что ты плохо пишешь, тебя ещё и заставляют выдерживать в своих статьях определённую точку зрения. И тогда потребители твоего продукта будут только криво улыбаться. Всё. Круг замкнулся. Мы хотим вытащить людей из этого круга. Выход из него – профессионализм.

Во всём мире сегодня существует тренд – универсальный журналист. А этнический журналист должен быть универсальным журналистом и ещё фандрайзером. То есть работать он должен в два раза больше и при этом стараться правильно выстраивать свои отношения со спонсорами. Гильдия хочет помочь такому журналисту, чтобы он смог стать интересным, самодостаточным, независимым. Это очень трудно, но и очень интересно, а главное, даёт возможность заниматься любимым делом.

– Насколько быстро лечатся такие проблемы?

– Не быстро. Я знаю, что не все будут применять полученные знания. Но если это сделают хотя бы пять из шестнадцати участников семинара, значит, мы свою задачу выполнили. Будет большой прорыв, даже если пятеро смогут существовать самостоятельно, смогут делать своё дело, давать оценку этнической ситуации, не оглядываясь ни на кого.

– Сегодня даже в Интернете очень сложно найти межрегиональные финно-угорские новости. Каждый пишет только о себе. С чем это связано?

– Это проблема роста, потому что национальные движения в последние годы, к сожалению, были склонны к капсулированию. Они замыкались на себе, смотрели только на себя. С одной стороны, нужно понимать, что происходит у тебя, но, с другой стороны, нужно уметь взаимодействовать с миром. В нашей стране вообще одна из проблем – неумение общаться, сотрудничать, создавать творческие коалиции, вступать в союзы, обмениваться чем-то, то есть объединяться для какой-то большой цели. С 1990-х годов, когда мы погрязли в элементарном выживании, мы не можем позволить себе такой роскоши, как объединение по идейным принципам. Проблемы личного выживания каждый сам для себя как-то решает.

Но нельзя жить без красивой идеи, которая служит всем. Иначе появляется ущербность. Во всяком случае, журналистика предполагает идею, миссию, служение людям. Есть профессии, которые немыслимы без самоотдачи и желания сделать мир лучше. И я уверена, что большинство людей, которые идут в журналистику, всё-таки хотят что-то донести, в них есть добрый росток. И вот теперь нам нужно научиться этими добрыми ростками делиться.

– В день открытия семинара прозвучала фраза: «Этнический журналист должен позитивно освещать события». Что это значит?

– Это значит – суметь увидеть свои достоинства. Сама тематика этнической журналистики очень позитивна, потому что имеет дело с вековыми традициями народов. Допустим, культурная журналистика может смотреть на вещи с точки зрения сегодняшнего дня, сегодняшнего развития культуры. А в распоряжении журналиста, который пишет на этническую тематику, весь пласт многовековой культуры. Это Клондайк! Вот я уже 20 лет его рою, и даже на сантиметр не углубилась. И мне так интересно! Я каждый раз вижу разные взгляды на мир, разные способы взаимоотношения с этим миром: с философской, семейной точки зрения. Межличностные отношения у каждого народа настолько разные, они настолько мудры и проверены веками, что этническим журналистом на самом деле быть очень легко. Ты берёшь этот вековой пласт и накладываешь на сегодняшнюю корявую действительность. Конечно, в журналистике должна быть и критика, и я сама очень жёстко выступаю, когда вижу очевидные глупости, которые мешают конструктивным вещам. Но мне кажется, что роль журналиста – не просто облить кого-то грязью, а сказать: вы здесь не правы, вы наделали глупости, а выход – вот здесь. Когда просто обливают грязью, мне это неинтересно. А интересно, когда показывают ошибки и выход из ситуации. Это самый высокий класс журналиста. И это всегда позитив. Даже если ты показываешь негатив, но видишь свет в конце тоннеля, это всё равно позитив.

– Какой для Вас изначально была этническая журналистика: красивой идеей или просто свободной нишей в профессии?

– Мне было просто интересно этим заниматься, и чем больше я погружалась, тем сильнее разгорался этот интерес. С самого начала я выстраивала карьеру так, чтобы работать только с этнической журналистикой. Изначально я не радийный, а газетный журналист. И если в месяц мне давали написать лишь две статьи на этническую тематику, мне становилось неинтересно работать в этом издании. И когда я пришла на «Радио России», сразу сказала, что хочу заниматься только этническими вещами.

– Если представить контурную карту журналистики, где на ней место этнической тематики?

– Между общественно-политическим и культурным сегментами. Строго посередине. Я уверена, что скоро выпуск новостей будет строиться следующим образом: сначала официальные новости, экономические проблемы, затем будет идти сюжет на этническую тему, и только потом – спорт и погода. У нас 182 народа в стране, у каждого что-то обязательно происходит. Просто журналисты федеральных СМИ еще не умеют об этом рассказывать. Мы их научим –  и всё будет хорошо.

– Какая задача сегодня стоит перед этнической журналистикой?

– Налаживание коммуникаций, гармонизация общества. Попытаться помочь людям понять друг друга. Когда соединяются 182 культуры, получается вещь, которую победить невозможно. Просто мы не хотим этого видеть, не хотим этим пользоваться. А ведь это преимущество в военной сфере доказано миллион раз. Если просчитывают потенциального преступника, то просчитывают его национальный характер и поведение. Так вот – нас невозможно просчитать! Это проявилось во время Второй мировой войны, когда наш противник не мог просчитать – а кто на той стороне? Там мог быть горячий грузин, а мог быть упрямый мордвин. Лучшие снайперы – сибирские народы. Сибиряк может лежать двое суток, не шелохнувшись на снегу, – это генетическое качество. Среди снайперов, героев Советского Союза, у нас больше всего бурят и представителей коренных народов Севера. Коми составляли подразделения лыжников, саамы воевали на оленях, и таких видов войск не было ни у кого! Мы многогранны, и если эти грани нормально сложить, мы можем делать то, что вообще никому не снилось!

И есть ещё один фактор, который нам очень сильно помогает – мы все перемешаны. У нас фантастический генофонд. Я не вижу ни одной стороны, с которой мы слабы. Мы только применить это богатство не можем. Мы знаем, что наша страна богата на ископаемые, но мы не хотим согласиться с тем, что она богата на людей и на культуру. Потому что не хватает самоуважения. Чтобы начать с любовью друг на друга смотреть, искренне восхищаться нашими качествами, нужно самоуважение.

– Этническая журналистика способна пробудить самоуважение?

– После распада СССР и почти полного исчезновения этнической тематики мы очень долго продержались без конфликтов на том самом старом багаже – на понятии дружбы народов, на том, что кто-то с кем-то служил в армии, жил в студенческом общежитии, кого-то распределяли в другую республику после окончания института. Это была прививка дружбы, толерантности и нормального взаимодействия. Но сейчас этих полей, где разные этносы могли бы пересекаться, осталось очень мало. Пожалуй, сегодня единственное поле, где мы можем друг друга узнать – информационное. И сейчас только журналисты могут наладить взаимодействие между этносами.

– Какова специфика этнической журналистики? Вы сказали, что журналиста, освещающего этнические проблемы, нужно учить специально.

– Этническая журналистика сейчас на этапе становления. И движется от «местечковости» в сторону глубокого анализа, серьёзного подхода. Она движется к мировым стандартам. Но журналистам не хватает знаний истории, этнологии и элементарных культурологических знаний о том, как и к кому подойти, чтобы получить нужную информацию. Допустим, на Севере кочевники тебе никогда ничего сразу не расскажут. Они будут долго присматриваться к тебе. Нужно знать это и знать причину. Некоторые народы находятся в этаком тихом противодействии друг другу, и это тоже нужно знать. Нужно знать историю конфликтов, которые были века назад, чтобы понять сегодняшнее поведение людей. Как минимум нужно знать карту страны, группы народов, их историю и эпос, чтобы уметь сравнивать культуры. В этнической журналистике должно быть очень сильное и тонкое осмысление, журналист должен умело подводить к какой-то важной мысли.

– Чего Вы ждёте от конкурса «СМИротворец-2010»?

– Мы ждём молодых талантливых участников. Очень многих мы нашли в прошлый раз, и меня радует, что победа в «СМИротворце» дала им уверенность,  желание и дальше заниматься этой темой. До конкурса некоторые лишь слегка соприкасались с этническими вопросами, а сейчас я вижу, что они вцепились в эту тему. Значит, ряды наших профессионалов растут и укрепляются. Появляется сеть людей, которые сами по себе способны реагировать на окружающую действительность. Это самодостаточные, интересные журналисты, которые способны без команды быстро на месте оценивать ситуацию и освещать её так, как им подсказывает сердце.

Беседовала Ольга Авдеева


ЭТНО-АРТ

Сергей Таныгин: увидевший лицо Тарн

Сергей Таныгин родился 7 августа 1968 года в д. Верх-Ушут Куженерского района Марийской ССР. В 1987 году окончил Йошкар-Олинское художественное училище, в 1993 – Всероссийский Государственный институт кинематографии. Член Союза художников России с 1997 г., лауреат молодёжной премии им. В. Колумба, лауреат театральной премии им. Й. Кырли, лауреат Государственной премии Республики Марий Эл. Главный художник Марийского национального театра драмы им. М. Шкетана.

Чувство этнической причастности финно-угорскому сообществу Сергей ощущал ещё со студенческой скамьи, что отразилось в его выпускной работе по мотивам «Калевалы» во ВГИКе. Позже он создал серию графических иллюстраций марийской мифологии. Многие из них были выполнены в этнофутуристической стилистике. Затем появилось ещё одно направление в его творчестве, связанное с использованием знаков, – искусство эмблемы.

В 2004-2006 годах С. Таныгин увлёкся работой в кино. В качестве ассистента художника-постановщика Сергей принял участие в съёмках полнометражных художественных фильмов «Питер FM» (2004 г., режиссёр О. Бычкова, художник-постановщик И. Котцарев) и «Ведьма» (2006 г., режиссёр О. Фисенко, художник-постановщик Л. Лизашвили). Даже в этой далёкой от всякого этнического начала работе нашлось место финно-угрике. Оформляя интерьер мастерской художника в фильме «Питер FM», Сергей наполнил его тем, что близко ему самому: расписал финно-угорскими знаками предметы и детали быта.

Вспоминая о времени, проведённом в Петербурге, Сергей говорит, что со съёмочной площадки уходил всегда с хорошим настроением, но сам город не принял. «Жил на Петроградской. Неба не видно, колодец... не хватало для глаз простора неба! Психологический дискомфорт...». После съёмок в одном из интервью художник скажет: «У меня последнее время особая потребность быть дома, в деревне, умыться родниковой водой, надышаться своим родным воздухом. Только здесь я чувствую себя гармонично».

Как театральный художник Сергей оформил на родине более сорока спектаклей. Последний, «Ава шÿм» («Сердце матери», автор В. Григорьев, режиссёр З. Долгова, 2009 г.), оказался тесно связан с творчеством старшего брата, художника Юрия Таныгина. В основу декораций Сергеем была положена его картина «Колыбельная». Поэтика пьесы об одиночестве покинутой детьми матери, характер её переживаний, её всепрощающая любовь, оказались созвучными интонации картины Юрия.

Старший брат, по признанию Сергея, сыграл большую роль в его творческом становлении. Ещё в декабре 2000 года братья и их друг, художник И. Кожевников, в рамках городского фестиваля боди-арта осуществили авангардный проект «Земля предков». Работа Сергея была построена на образах финно-угорской металлопластики, живое тело девушки послужило воссозданию образа древней богини, возносящейся на небеса с помощью волшебной птицы. Сергей, обратившись к женскому аспекту известного пермского иконографического типа, трактовал его как «дарующий людям тепло, жизнь, красоту».

В 2003 году Сергей приехал в Сургут к брату Юрию. Желая познакомиться с культурой народов ханты и манси, отправился в художественный музей, где оказался на удивительной архео-выставке «Видевшие лицо Тарн». На ней была представлена Холмогорская коллекция бронзового литья III-IV вв. н.э. Уникальный памятник эпохи Великого переселения народов – «Холмогорский клад» – был размещён в «ультрасовременном пространстве медиа-искусства». Медиа-фильм, спроецированный в зал через несколько прозрачных экранов, менял привычное восприятие экспонатов, которые словно материализовывались в воздухе.

Выставка стала для Сергея откровением, потрясла своим художественным решением, энергетикой. У него появилась идея создать собственные творения по мотивам увиденного.

И вот, в 2007 году видевшие лицо Тарн древние боги обских угров ожили в новом воплощении – в серии «Миф». Удивительная выставка открылась  в том же музее, в сопровождении того же видеофильма. Юрий Таныгин вспоминает свои ощущения от атмосферы, в которой экспонировались картины: «Ты как будто бы проваливаешься в бездну, в космос! Чёрные стены, потолок и пол, благодаря которым теряются границы реального пространства… В темноте парят холмогорские личины, а на стенах светятся картины с ликами божеств!»

Так что же эта за богиня, с именем которой связывались обе выставки, ведь артефактов её представляющих, не было ни на одной из них?!

Противоречивая богиня Тарн (Тарэн, Тэрэн) – древнейший, а потому один из самых могущественных персонажей пантеона сибирских народов. Она рождает первых людей и служит символом смерти. В ней соседствуют война и мир, женское и мужское начала. «Под словом «тарн»… прежние остяки подразумевали божество, сеющее всюду распри, наводящее войны… Это божество женского пола… Про человека, прошедшего огонь и воду, прежде говорили, что он видел лицо Тарн…»

Художнику она явила свою милость, призвав его, чтобы дать старым богам новые лики. По поверьям ханты, не каждому является Великая Богиня, а только светлой души человеку, помнящему свои традиции и обычаи. Кто видел её, становится бессмертным, творящим только добро. Вот и отметила она для себя ясного человека Сергея Таныгина.

Серия работ «Миф. Видевшие лицо Тарн» посвящена семи сыновьям верховного бога Нуми Торума, которых он послал на Землю. Они стали покровителями различных групп обских угров. Древняя богиня «заповедала» Сергею воплотить образы братьев через холмогорские лики, представляющие собой бронзовые литые фигурки в головных уборах, очевидно, связанных с шаманской атрибутикой.

На картинах Сергея эти лики-маски держат в руках шаманы, лики будто вырастают из бубнов, символизируя шаманский ритуал. Образы богов Таныгина невозможно напрямую отождествить с братьями из классического мифа. Они приблизительно напоминают их, неся на себе знаки рыб, птиц, зверей, рек и лесов. Картины рождались спонтанно без всяких предварительных эскизов, по наитию и вдохновению! Начиная работу, художник не знал, во что она выльется. Этим, скорее всего, ведала своенравная Тарн!

Центральным в серии стал образ солнечного бога (обложка журнала «Финноугория. Этнический комфорт» №1, 2010 – ред.). Он представлен стилизованной круглой позолоченной бляхой с медведем в характерной позе на голове личины. Ещё в каменном веке сложился этот тип изображения. Медведь соотносился с героями космогонических мифов. И в охотничьей, и в земледельческой магии он символизирует плодородие и продолжение жизни. Согласно одной из легенд, медведь имеет небесное происхождение (его отец – Нуми Торум). Эта картина была создана раньше других работ и стала ключевым образом серии.

С главным солнечным богом как будто бы вступает в диалог отличающийся от всех шестиглазый крылатый дух. Его голову также увенчивает медвежий знак. На крыльях его восседают птица и зверь. Может, это Мир-сусне-хум («За миром смотрящий человек»), вырвавший себе первенство у старшего брата?

Сегодня художник всё глубже погружается в мир кулайских духов и божеств. С помощью электронных технологий он идёт дальше в познании характеров и воплощений этих существ. В сериях компьютерной графики образы начинают множиться, предстают в разных «световолновых» параметрах и спектрах, порой наслаиваются друг на друга. Всё это рождает ощущение динамичного становления, непрерывного изменения. Некоторые артефакты «оживают», преображаясь в текучих линиях, в фактуре, напоминающей покровы живых организмов. Они делятся, словно клетки, являя наглядно идею дуализма мира, репрезентуя идею рождения.

Работы Сергея Таныгина в настоящее время служат оформлением караванной выставки «Три тотема» в рамках международного проекта
«Финно-угорский триптих» (Ижевск-Саранск-Йошкар-Ола).

Эльвира Колчева,
кандидат искусствоведения, доцент кафедры социально-культурных технологий МарГУ
(г. Йошкар-Ола)

ПРОЕКТЫ

Проект как форма мышления

С 26 по 29 апреля 2010 года в Йошкар-Оле проходил II Межрегиональный форум «Финно-угорский этнокультурный проект: расширение границ».

Идея организации регулярных встреч авторов этнокультурных проектов недолго витала в воздухе. В финно-угорском сообществе она обсуждалась с 2005 года – в рамках различных  конференций и семинаров, на заседаниях координирующих органов. Идея форума, в частности, была принята и одобрена на состоявшемся в Сыктывкаре в ноябре 2005 года заседании Международного Консультативного комитета финно-угорских народов.

Поддержала идею форума и Российская ассоциация финно-угорских народов. В 2006 году организация решила начать подготовку к проведению в 2007 году первой встречи в Йошкар-Оле. Часть организационных расходов взял на себя Фонд развития культур финно-угорских народов.

Новая встреча творческих личностей, реализующих свои идеи в сфере этнокультурного развития, была организована Министерством культуры, печати и по делам национальностей Республики Марий Эл и Марийский национальным конгрессом. Форум прошёл при поддержке Министерства регионального развития Российской Федерации, Правительства Республики Марий Эл, Ассоциации финно-угорских народов Российской Федерации и филиала ГРДНТ «Финно-угорский культурный центр Российской Федерации».

Как и три года назад, форум «Финно-угорский этнокультурный проект» собрал в столице Марий Эл инициативных и активных людей, способных мыслить «проектно», умеющих работать на перспективу, с пользой для своих соотечественников.

О масштабности события свидетельствуют цифры. В Йошкар-Олу приехали представители 133 организаций и авторских коллективов из 33 регионов России, а также из Эстонии, Финляндии и Украины. На обозрение 300 участников форума – общественников, представителей органов государственной власти и средств массовой информации – было представлено 160 докладов, проектов и проектных идей.

Стратегическая цель форума осталась неизменной. В программных документах она обозначена как «стимулирование развития проектной деятельности и содействие в расширении географии реализации социально значимых инициатив в области этнокультурного развития финно-угорских и других народов Российской Федерации».

Рабочую программу апрельской встречи составили многочисленные выставки-презентации, семинары-обсуждения, встречи за «круглым столом». Их органично дополняли заседания представителей общественных организаций финно-угорского мира, экспертно-аналитические семинары и разнообразные мероприятия культурной программы.

В ходе проведения форума определились приоритетные и наиболее перспективные направления проектной работы. В их числе – современные компьютерные технологии в сфере этнокультурного развития, популяризация языков посредством развития национальной эстрады и песенного творчества, инновационные образовательные программы в школе, этнофутуризм в искусстве, специализированные проекты в области музыки, танца, изобразительного искусства, театра, сценических представлений.

По-прежнему важным и перспективным направлением проектной деятельности признан этнотуризм – особая форма популяризации финно-угорских культур и развития местных сообществ средствами туристической индустрии.

Эрик Юзыкайн, один из инициаторов проекта, начальник отдела межнациональных и межконфессиональных отношений Минкультуры Республики Марий Эл:
«Идея проведения таких встреч оказалась удачной и востребованной в финно-угорском мире. Это подтверждается тем, как активизировалась проектная работа за последние годы. Стали устанавливаться более тесные и конструктивные связи между этнокультурными организациями. Мы снова ощутили дух творчества и оптимизма, овладевший сердцами наших коллег из разных регионов!

Полагаю, в этом году нам снова удалось успешно решить главные задачи форума. Общественность и госструктуры, потенциальные партнёры и грантодатели ознакомились с перспективными проектами и проектными идеями. А сами проектанты получили возможность обменяться опытом, взять на вооружение то лучшее, что накоплено в сфере этнокультурного развития регионов».

Иван Земцов

Фото из архива организаторов Форума и Финно-угорского культурного центра Российской Федерации


 


ЛИЧНЫЙ ВКЛАД

Спасти «Атлантиду»

Уникальный музей сето создан стараниями коренной петербурженки, влюбившейся в культуру и традиции древнего народа.

В деревне Сигово Печорского района Псковской области вот уже больше десяти лет работает уникальный музей, без всякого преувеличения являющийся «народным». Его автором и хранителем является пенсионерка Татьяна Огарёва, сделавшая всё, чтобы память о народе сето не исчезла.

28 августа 2010 года в Псковской области состоится Международный этнокультурный фестиваль народности сето «Сетомаа. Семейные встречи». Третий по счету фестиваль определённо будет особенно масштабным и ярким, благо повод есть: 17 июня 2010 года в соответствии с Постановлением Правительства РФ № 453 сето вошли в Единый перечень коренных малочисленных народов России.

Место проведения праздника неизменно - он пройдёт в деревне Сигово, что в 30 километрах от Пскова и в 15 километрах от районного центра – города Печоры. Причина этого постоянства очевидна: именно в Сигово расположены сразу два музея сето. Один из них создан на базе Изборского музея-заповедника, другой – частный, возник исключительно благодаря одному человеку – Татьяне Николаевне Огарёвой.

Древние «полуверцы»

Сето вместе с остальными финно-угорскими народами пришли с Поволжья и поселились к западу и северо-западу от того места, где сейчас располагается Псков. Так же, как и славяне, бок о бок с которыми они жили, сето приняли православие. Их «столицей», духовным и культурным центром, стал город Печоры, с расположенным в нём Псково-Печорским монастырем. Однако, ревностно соблюдая православные обряды, сето сохраняли многочисленные языческие традиции и верования, за что псковичи называли их полуверцами.

Сето не были ассимилированы и на протяжении многих веков умудрялись, не имея письменности, сохранять свой язык и национально-культурную идентичность. После Октябрьской революции 1917 года территории, населённые сето, оказались в составе Эстонии. Избежав коллективизации 1930-х годов, они  во многом сберегли свой традиционный уклад жизни.

А вот численность сето неуклонно снижалась. В документах, датированных 1838 годом, говорится о 21 тысячи сето. По переписи 1938 года, в Печорском районе проживало уже 16 тысяч сето. К 1989 году их осталось всего 6 тысяч.

По данным переписи населения 2002 года, в России как сето идентифицировали себя 197 человек. И дело даже не в естественной убыли и утрате корней: в начале 1990-х начался массовый отъезд сето в Эстонию, и сегодня там проживает порядка 5 тысяч представителей этого народа. Впрочем, в Эстонии сето как самостоятельная этническая группа не рассматриваются и в переписи населения официально не учитываются.

В России память о сето вполне могла бы исчезнуть, нивелироваться, стать достоянием немногочисленных специалистов. Однако в значительной степени благодаря бескорыстному энтузиазму Татьяны Огаревой этого не произошло. Напротив, самобытная культура сето с каждым годом привлекает к себе все больше внимания.  

Музей по благословению

Двадцать с лишним лет назад, в конце 1980-х годов, бывшая учительница музыки Татьяна Огарёва переехала из Ленинграда в Псковскую область, в деревню Сигово. Место для начала новой жизни было выбрано как нельзя лучше: в глухом уголке Псковщины среди живописной природы обосновалась маленькая колония выходцев из обеих столиц: здесь собрались музыканты, художники, писатели. А бок о бок с ними жили немногочисленные представители сето.

Крестьяне-сето с их колоритными обычаями и костюмами не могли не привлечь внимание и симпатию Татьяны Николаевны. Когда после распада СССР маленький народ оказался разделён государственной границей и многие сетоские семьи стали переезжать из России в Эстонию, у Огарёвой возникла идея во что бы то ни стало сохранить память об уникальном этносе, спасти погружающуюся в пучину забвения «Атлантиду» сето. Ведь на её глазах отъезжающие сето выбрасывали или даже сжигали «старый хлам» – бесценные артефакты древней самобытной культуры, не претерпевавшие изменений на протяжении сотен лет.

Инициативу Татьяны Николаевны горячо поддержал её односельчанин-сето, знаток традиций народа, ныне покойный Николай Тапер. С 1994 года они совместными усилиями стали собирать вещи для частного музея, благословение на создание которого дал Патриарх Всея Руси Алексий II.  По просьбе Огарёвой он прислал текст своей диссертации, посвящённой истории православия в Эстонии. А летом 1998 года музей принял первых посетителей.

«Боговы полотенца» и кованый велосипед

Самодеятельный музей расположился в большом амбаре, некогда принадлежавшем крестьянину-сето. За годы, прошедшие с момента его основания, скопился колоссальный историко-этнографический материал: одежда, домашняя утварь, предметы обихода.

Среди экспонатов - вещи, которыми сето пользовались десятки, если не сотни лет. Старинные утюги, домотканая одежда, самодельная обувь, мебель и посуда. Предмет особой гордости хозяйки – коллекции «боговых полотенец» (рушников, которыми сето украшали домашние иконы) и варежек с разнообразнейшими орнаментами. Есть и неожиданные экспонаты, например, кованый трёхколесный велосипед, явно сделанный отцом-сето по мотивам подсмотренного в городе образца.

Особое место в музее занимают вещи, так или иначе связанные с выращиванием, переработкой льна и ткачеством: именно льноводство было основой хозяйственной жизни сето. Так что ткацкий станок по праву занимает центральную часть экспозиции. Важным дополнением коллекции Огарёвой являются большие, в человеческий рост, куклы, одетые в традиционные костюмы сето.

Книга отзывов «народного музея» полна записей на разных языках мира, вплоть до японского: искреннее и немного наивное собрание мало кого может оставить равнодушным. «Люди, как правило, стараются сохранить память о себе, и это понятно. Желание сохранить память о другом народе вызывает восхищение», гласит одна из записей. И, наверное, трудно сказать о Татьяне Огарёвой и её детище точнее.

Максим Киселёв
(Псковская область)

Фото Александра Сидоренко, Олега Митюшёва

 

 

ПРОЕКТЫ

Это просто игра…

«Yumshan Promo», «Perepechi vs. Pizza», «ПЕЛЕПОН-Battle», «Yumshan-DOZOR», «Оскем Потэ. ХХL», «SHILTYR-ШАЛЬТЫР Party», «ШУО-SHOW»… Для простого обывателя это лишь странные и непонятные словосочетания, чем-то и как-то напоминающие отрывки англоязычного текста. Однако возможно, в их комбинации скрыта та магическая сила, которая помогает Павлу Поздееву творить чудеса и осуществлять, казалось бы, нереальные и не осуществимые мечты.  Иначе как объяснить тот неподдельный интерес к его удмуртским шоу и арт-массовкам, которые порой, как от заряда электрического тока, заставляют содрогнуться всю удмуртскую общественность?  

А началось всё очень просто… В 2000 году Павел Поздеев стал  работать в Ижевске в Центре народного творчества (ныне – Республиканский дом народного творчества – Дом молодёжи). На волне интереса к новому направлению под названием «этнофутуризм» было запланировано проведение Международного фестиваля современной этнокультуры «Новая Песня Древней Земли». Первый фестиваль прошёл в столице Удмуртии в ноябре 2003 года, получив в культуртрегерских кругах Ижевска высокую оценку и статус «культурной революции».

В рамках второго фестиваля проходил кулинарный поединок «Perepechi vs. Pizza» («Перепечи против пиццы»), в котором принимал участие коллектив из д. Бураново – артистки умело лепили удмуртское национальное блюдо «перепечи».  Ижевские пиццерии отказались от участия в поединке, таким образом победа досталась удмуртским бабушкам.  

Однако, как отмечает Павел, практического результата фестиваль не принёс. Новые удмуртские коллективы, группы не создавались, поэтому было нецелесообразно приглашать на следующий фестиваль кого-то извне, когда организаторы не могут предложить ничего нового. Павел пришёл к выводу: поскольку коллективы не создаются, надо создавать события. Так изменилась технология проведения фестиваля, ядром которого стали непосредственно удмурты и их культура.

В мае 2005 года Павел Поздеев провёл III фестиваль под названием «Новая Песня Древней Земли. ЭТНО-PRO-Движение», который объединил многих удмуртских деятелей национальной культуры. В рамках фестиваля прошёл саундтрек-концерт для художественного фильма «Соперницы» (1928 г.), где фильм «заговорил на удмуртском языке», состоялась ярмарка проектов, направленных на развитие удмуртской культуры, церемония вручения народной награды «Дэмдор» («Оберег») за пропаганду удмуртской культуры и т. д. Именно третий фестиваль, как отмечает сам Павел, стал основой зарождения инициативной группы «Yumshan Promo» (от удм. юмшаны «веселиться»). Что же это за феномен?

Ещё при подготовке к первому фестивалю, молодой режиссёр очень тщательно ознакомился с манифестами этнофутуризма. Тогда же у него возник вопрос: «Почему группа «Иван Купала» – это не этнофутуризм? Ведь исполнители также смешивают старые традиции с чем-то новым и создают коммерческие шоу-проекты. И почему у удмуртов нет подобных песен или кружек с удмуртскими картинками?». Так постепенно Павел осознал, что творческие эксперименты нужно упрощать,  делать их понятными массовому зрителю. Наконец  ему приходит мысль о «теории праздника». Ведь раньше удмурты ходили веселиться («юмшаны») друг к другу в гости. Эта традиция и легла в основу проекта. Павел объясняет, «Yumshan Promo» – это технология, трансляция удмуртского в современное посредством… приглашения погулять в мир удмуртского языка и культуры.  «Yumshan Promo» стремится увеличить количество социально активных удмуртов, приобщая к «удмуртскости» творческие силы Ижевска, дабы впоследствии за счёт этого «повышать качество удмуртского культурного ландшафта». Отличительной чертой этой технологии является «метод творческой инвестиции» и мирное сосуществование разных культурных направлений. Павел говорит: «Мы воспринимаем всё удмуртское как своё родное, каким бы оно ни было, и не пытаемся изменить его, а лишь дополнительно создаём удмуртские «культурные объекты», которые затем начинают жить самостоятельно. При этом мы не забываем то, что было до нас».  Он отмечает, что мы должны построить в удмуртской культуре свой «супермаркет», на полках которого будет размещён товар как от «фольклорных», так и от, например, «треш»-производителей культурных продуктов.   Перед покупателем остаётся право выбрать то, что ему нравится. И «Yumshan Promo» как раз создаёт условия для реализации творческих экспериментов, рождения новых культурных продуктов, определяет перспективные и востребованные удмуртские культурные направления в молодёжной среде.

Одним из таких экспериментов Павла Поздеева был шоу-концерт «Оскем Потэ. XXL» («Хочется верить. XXL»), на котором прозвучали мировые и российские хиты, переведённые Александром Егоровым на удмуртский язык. Были каверы на песни Аврил Лавин, Бьянки, Полины Гагариной, групп «А-Студио», «Серебро» и других. В данном проекте Павел предложил публике купить сразу большой размер удмуртских песен (XXL), а портному под именем «Время» дал возможность всё расставить на свои места. Все убедились в том, что удмуртский язык совершенно органично звучит в песнях различных жанров мировой поп-культуры, а также в том, что среди удмуртов есть молодые исполнители, которые могут представить эти песни самым достойным образом. На концерте хиты исполнялись удмуртской группой «МаLpan» («Мечта»). Впервые в подготовке к этому шоу были апробированы традиционные и классические в рекламном мире ходы: создан брэндовый кейс, включающий в себя анимированный логотип группы «МаLpan», образец виртуального фирменного сувенира – обоев для рабочего стола, на страницах гламурного журнала «Леонардо» размещена брэндовая фотосессия «Оскем Потэ. XXL».

Под девизом «Возможно всё!» в феврале 2008 года прошла арт-массовка, посвящённая Дню Родного Языка.  Именно там в исполнении «Бурановских бабушек» зазвучали на удмуртском языке песни Виктора Цоя и Бориса Гребенщикова. Такое событие не осталось не замеченным российскими телеканалами и газетами. «Бурановские бабушки» словно совершили насилие над культурой, ущипнув и заставив её очнуться.

В это же время при поддержке Министерства национальной политики Удмуртской Республики был дан старт проекту «Удмуртские вечеринки в клубе «Авиатор». На сегодняшний день этот проект является, пожалуй, самым коммерчески успешным предприятием, предлагающим досуговые услуги на удмуртском языке. В чём же причина такого успеха? Ответ прост: Павел не разграничивает удмуртов и русских. Очень часто удмурты, замыкаясь в своём пространстве, намеренно говорят лишь по-удмуртски. Это в большинстве случаев отталкивает не только русских, но и самих удмуртов. Павел же на своих party использует технологию «золотого сечения» (60–54 % на 40–44 %), которая позволяет двум народам найти общий язык. «60% информации на удмуртском языке и 40% на других языках оставляют ощущение гармоничности и понятности происходящего».

Именно в соблюдении данного баланса, наверное, кроется секрет популярности проводимых Павлом Поздеевым ежемесячных удмуртских тематических вечеринок в клубе «Авиатор». Первоначально руководство элитного клуба довольно скептически относилось к данной затее. Однако уже после первых мероприятий, которые принесли большую прибыль заведению, все сомнения расселись, и теперь директор клуба сам приглашает организаторов удмуртских вечеринок. Павел отмечает, что именно проведение удмуртских дискотек помогло ему разгадать феномен удмурта, кроющийся в страсти к удмуртской песне, которая является своеобразным наркотиком для него. «Вечеринки, – говорит режиссёр, – это зеркало удмуртской действительности, в котором отражаются как все нарывы и болячки удмуртского общества, так и прекрасное стремление любить своё, родное».

Следует отметить, что дискотеки в «Авиаторе» дали возможность создавать коллективы и разрабатывать новые проекты. Так, благодаря этой площадке  появились «Silent Woo Goore» (удмуртскоязычная инди-рок группа) и «Электроники djs» (танцевальные ремиксы удмуртских песен). В рамках этих вечеринок была организована и Лавка удмуртских вещей «Чеберисто», где можно было приобрести футболки, магниты, диски «Эктоника»,  коврики для компьютерных мышек, наклейки для клавиатуры, коллекции авторской одежды, сумки, подвески, полезные книги и многое другое, выполненное в удмуртской тематике. Также проходила акция «Ним юнматись пус» («Создай себе имя»), где всем желающим были присвоены удмуртские имена, а пусы-паспорта впоследствии можно было использовать как дисконтные карты. Особого внимания заслуживает и промоушн вечеринок. Сравните хотя бы их названия: «Ctrl+Alt+Del Party: УдмуртЛык. Перезагрузка», «Удмуртская МифоParty: Князь Поздей vs. Князь Корепа», «YumshanЭШЕparty», «АЙ-КАЙ! ТРАНСКАЛЫК party», «Берыктон party: Отчы – татчы».

Не забывает Павел Поздеев и о социальных проектах, среди которых -  акция с элементами флэш-моба «Пока Горит Свеча...», посвящённая дню рождения великого удмуртского модернизатора, поэта, просветителя Кузебая Герда, реальная Юмшан-Сеть «Земляки», создаваемая по образу и подобию популярных виртуальных социальных сетей, I и II Всеудмуртский Глобальный Футбольный матч между командами северных и южных удмуртов «БОНЫ» vs. «БЕНЫ». Национально-историческое наследие удмуртского народа транслируется через игру «Юмшан-Дозор», проводимую на основе известной игры «Ночной Дозор» и Легендарного турнира по подъёму на гору Байгурезь с рюмкой кумышки в руках… 

Огромное внимание Павел Поздеев уделяет и заполнению удмуртским материалом виртуального пространства, созданию «yumshanneta», как он сам называет эту деятельность. На сайте «Yumshan Promo» (http://www.yumshan.ru) вы найдёте Интернет-журнал с анонсами свежих событий, видео-, аудиозаписи удмуртских песен, видео-каналы Yumshan TV и Yumshan TV2, картинки, которые можно использовать для изготовления различных вещей с удмуртской символикой, обои для рабочего стола, аватарки, графику и многое другое.  На странице «Yumshan Promo» в социальной сети «В контакте» (http://vkontakte.ru/club1966810) содержится полная информация о проводимых мероприятиях, фото- и видеоотчёты, комментарии участников.

Перечень мероприятий и сфер деятельности Павла Поздеева можно перечислять, наверное, до бесконечности, но следует сказать, что их отличительной чертой является синтез творчества, инициативы и индивидуальности.  Молодёжи этот курс явно по душе! Но откуда он черпает свои идеи? Нам не удалось выяснить. Но мы точно знаем - он настоящий волшебник! На вопрос, как ему удаётся воплощать идеи и творить чудеса,  Павел отвечает: «Это просто игра…».

Пётр Захаров,
Евгения Сундукова
(г. Ижевск)

Фото Александра Егорова и Максима Первакова


ЭТНО-АРТ

Мустафа держит марку

Йыван Кырля (1909 -1943 гг.) сыграл одну из главных ролей в первом звуковом советском фильме «Путевка в жизнь» (1931 г.) режиссера Николая Экка. В образе беспризорника Мустафы актеру удалось убедительно раскрыть типичные черты человека, поднимающегося из нищеты. В фильме «Путёвка в жизнь» из уст героя Йывана Кырли впервые прозвучала с экрана марийская песня "Ой, луй модеш!" и несколько фраз на марийском языке. После выхода фильма в прокат обаятельный беспризорник Мустафа стал всенародным любимцем, а Йыван Кырля - настоящей советской кинозвездой.

Однако популярность актёра не спасла его от сталинских репрессий. В 1937 году Йыван Кырля был обвинен в «национализме» и арестован как враг народа. В 1943 году он умер в рудниках Краснотурьинска. Реабилитирован посмертно в 1956 году.

Самым необычным мероприятием, посвященным 100-летию первого марийского киноактера Йывана Кырли, стала, пожалуй, IV Международная выставка мэйл-арта в Республике Марий Эл «Путёвка в жизнь – Road to Life». С ее открытия прошел почти год, но столь неординарное событие стоит того, чтобы о нем говорили еще долгое время спустя.

Выставкой «Путёвка в жизнь - Road to Life» завершился одноименный творческий проект йошкар-олинского журналиста и художника Ивана Земцова. Проект стартовал в январе 2009 года. Мировому мэйл-арт-сообществу было предложено создавать художественные произведения с использованием фотопортретов Йывана Кырли и фрагментов из первого звукового советского фильма "Путевка в жизнь".

Приглашение к участию в коллективной творческой акции на русском, английском, итальянском, испанском и французском языках  было опубликовано на сайте www.artistampnews.com. В адрес наиболее активных мэйл-артистов были отправлены флайеры с подробной информацией о проекте.

Первыми участниками акции стали российские художники Вилли Мельников (г. Москва), Валерий Шимановский (г. Нижнекамск), Алексей Клюкин (г. Йошкар-Ола), Дмитрий Бабенко и Владимир Грицай (г. Краснодар). А затем оригинальные работы стали приходить в Йошкар-Олу со всего мира - из Италии, Франции, Германии, Португалии, Бельгии и даже США, Канады, Бразилии и Уругвая.

В течение десяти месяцев произведения "почтового искусства" публиковались в Интернет-дневнике http://kyrlya.blogspot.com. В присланных по почте рисунках, коллажах, произведениях живописи и графики, авторских конвертах и почтовых карточках оригинально, а порой и весьма необычно интерпретировался образ Йывана Кырли и его легендарного киногероя.

В экспозицию "Путёвка в жизнь - Road to Life" вошли работы 60 авторов из 14 стран мира. Каждый из них вдохновился ярким образом Мустафы и неординарной личностью марийского киноактёра. "Визитной карточкой" проекта, украсившей буклет и постер выставки, стала работа уроженца Марий Эл, живущего ныне в Москве популярного ди-джея и талантливого художника Руслана Ельмакова. Портрет улыбающегося Мустафы, по словам автора, был перерисован на конверт прямо с монитора компьютера.

- Мы очень гордимся своим земляком и тем, как он блестяще сыграл свою роль, - говорит автор проекта Иван Земцов. - Но всё-таки ни один человек, даже самый великий, не должен становиться "иконой". Всегда должно быть место иронии, шутке, дружескому шаржу! Сам Йыван Кырля был очень веселым человеком. Уверен, ему бы эта идея понравилась!..

В церемонии открытия выставки приняли участие известные российские мэйл-артисты Ольга Сорокина, Валерий Шимановский (г. Нижнекамск), Александр Насекин (г. Чебоксары). Виртуально присутствовал в выставочном зале и сам Йыван Кырля: на экране, ставшем частью экспозиции, в режиме нон-стоп демонстрировались наиболее яркие эпизоды из фильма "Путёвка в жизнь".

После показа в Республиканском музее изобразительных искусств и Национальной библиотеке им. С. Г. Чавайна коллекция произведений мэйл-арта отправилась на малую родину Йывана Кырли. Она была передана в дар Сернурскому историко-литературному музею.

Мэйл-арт (mail art) - направление в современном визуальном искусстве, связанное с использованием почтовых технологий при создании художественных произведений. Почтовое отправление (конверт, почтовая карточка, бандероль, посылка) становится для мэйл-художника средством самовыражения, а его соавтором невольно становится почтовый работник. Завершенным произведением мэйл-арта становится работа, совершившая почтовое путешествие и несущая на себе его знаки.

Мэйл-артом называют также взаимодействие художников посредством почты и иных средств коммуникации в творческих целях – для обмена художественными работами, совместной разработки определенной темы, организации коллективных выставок, фестивалей, издания тематических альманахов, журналов, альбомов. В этом случае почта является лишь способом доставки произведений адресатам, а включение в художественную работу почтовых элементов – марок, наклеек, оттисков штампов – обязательным не является.

Первое знакомство йошкаролинцев с "почтовым искусством" состоялось в 2006 году. Участниками первой выставки мэйл-арта стали 120 художников из 24 стран, приславшие в Йошкар-Олу произведения, посвященные девочке Алёнке с упаковки одноименного шоколада. "Героем" второго проекта в 2007 году был Спутник - символ 50-летия космической эры. Третья выставка мэйл-арта в столице Республике Марий Эл прошла под названием "Алёнка - Спутник - Перезагрузка" и стала своеобразным подведением итогов двух первых проектов.

Выставки мэйл-арта в Республиканском музее изобразительных искусств проводятся ежегодно и уже стали традиционными. Главная цель этих международных проектов - способствовать обмену информацией о культурных инициативах в различных областях творчества, установлению контактов между художниками России и зарубежных стран.

Александр Перов

Галерея

«Финно-угорский триптих»:
у традиционной культуры есть будущее

В 2007 году Фонд Культуры Финляндии приступил к реализации крупного проекта «Финно-угорские народы и культурное наследие. Мультиязычность и мультикультурность в музеях», направленного на сотрудничество финно-угорских музеев России и Музейного Ведомства Финляндии. Проект рассчитан на четыре года и включает в себя семинары, научно-практические конференции, стажировки  молодых сотрудников российских музеев в Музее Культур Финляндии. Завершится он созданием совместной караванной выставки финно-угорских музеев, изданием каталога и запуском объединенного сайта «Финно-угорские музеи России» (www.fumuseums.ru).

В мае 2007 года в Йошкар-Оле во время работы Международного научно-практического семинара «Символы финно-угорских народов и их популяризация музейными средствами» впервые обсуждался вопрос  об участии в совместном  проекте ведущих музеев трёх российских финно-угорских республик: Марий Эл, Удмуртии и Мордовии. Осенью этого же года  в  Хельсинки по приглашению исполнительного директора фонда М.А. Кастрена, старшего научного сотрудника Музея Культур при Музейном ведомстве Финляндии Ильдико Лехтинен состоялась встреча руководителей четырех российских музеев: Национального музея Республики Марий Эл им. Т. Евсеева, Национального музея Удмуртской Республики им. К. Герда, Мордовского республиканского объединенного краеведческого музея им. И. Д. Воронина и Мордовского республиканского музея изобразительных искусств им. С.Д. Эрьзи.

Результатом этой встречи и стала разработка масштабного проекта  караванной выставки «Финно-угорский триптих». Автором и руководителем проекта выступила Ильдико Лехтинен. Выставка состоит из трех разделов общей экспозиционной площадью 300 кв. м. Каждый из музеев с помощью музейных предметов и интерактивных программ представляет один из народов финно-угорской группы: мари, мордву, удмуртов – и демонстрирует общие истоки мировоззренческой модели мира финно-угров.

Идея выставки «Финно-угорский триптих» универсальна. Культовая практика трех представленных на выставке народов издревле сохранила организационную структуру «человек – семья – род – деревня – народ (мир)». Три раздела выставки, представляемые музеями, отражают структуру традиционного общества.

Раздел «Три тотема» (авторы концепции Н. А. Большова, С. В.  Большов) демонстрирует обрядовую культуру мари через три мира: «Мир женщины», связанный с образом птицы, «Мир мужчины», ассоциирующийся с образом медведя, и «Мир семьи», представляющий соединение женского и мужского начал через образ лося-оленя.

Раздел «Три свадебных напева» (авторы С. Х. Лебедева, Р.Ф.Мартынова) через удмуртскую свадебную обрядность - рождение, создание семьи и смерть - показывает жизненный путь человека.

Разделы «Узоры столетий» и «Прошлое глазами будущего через настоящее» (авторы Л. А. Шабалкина, Л. Н. Колчанова-Нарбекова, Н. П. Баулина) повествуют о мордовском  традиционном костюме, его значении в обрядовой и повседневной жизни людей разных поколений.

Особой миссией выставки является трансляция уникальной обрядовой культуры народа мари, в основе которой лежит древняя народная религия. В центре экспозиции – символическое «Мировое древо» как центр мироздания, вертикаль, соединяющая все три мира, все три  этноопределяющих образа: медведя, лося-оленя, птицы (соответственно –  корни, ствол, крона). Образ священного дерева, растущего на горе у серебристой реки, в марийском обрядовом фольклоре связывают с культом священного Древа жизни, в котором соединяются культы предков, Богини-Матери и божеств, пребывающих на вершине дерева. Священное дерево «Онапу» – главный символ всего культового миропредставления народа мари, важнейший национальный символ. Часть экспозиции посвящена также и современной этнической культуре.

Основная идея выставки направлена на то, чтобы показать, что и в современном обществе обрядовая культура, традиционное мировоззрение остается реальностью сегодняшнего дня не только у сельского населения, но и у части горожан. Экспозиция должна заставить задуматься молодых финно-угров: что ожидает традиционную культуру в будущем? как сохранить национальную идентичность в процессах общей глобализации?

В следующем году проект продолжится, но уже в другом формате. Организаторы надеются, что карта маршрута караванной выставки будет расширяться.

Надежда Большова, заместитель директора Национального музея Республики Марий Эл им. Т. Евсеева,
Сергей Большов, кандидат исторических наук (г. Йошкар- Ола)

Фото П. Васильева, С. Таныгина, Д. Байдимирова


УМНИЦЫ

Тр-тр Митя и ребята с Лесного переулка

Даже самый мрачный человек невольно улыбнётся, подойдя к большому двухэтажному дому семьи Трапезниковых. Сразу у ворот вас встретят лягушки из нержавеющей стали. Они так и сверкают на солнце, привлекая внимание прохожих. Одна из них, царевна-лягушка с изящной короной на голове и со стрелой в руке, служит почтовым ящиком., а у ног стоит её служанка с распахнутым ртом. Только подойдя поближе, можно понять, что она выполняет роль мусорного ведра.

Чуть подальше стоит на страже, охраняя хозяйство Трапезниковых, небольшой, но грозного вида кабанчик. Но вы смело можете войти во двор – железный зверь вас не тронет: он посажен на цепь.

Во дворе, лукаво улыбаясь, вас приветствует смешной пузатый кот с длинными усами. У цветника, под железной аркой, стоит благородный рыцарь. В руках у него большое воинское знамя. Да кого только здесь нет! Мужественный солдат с винтовкой, мышиный король…
Поднимешь голову повыше –  увидишь штаб, прикреплённый к крыше бани. Сделан он очень аккуратно. Это любимое место мальчишек. Они сами провели туда свет, затащили матрас, застеклили окошко. И теперь в любое время могут спрятаться от посторонних глаз и решать свои мальчишечьи дела.

А девочкам гораздо приятнее отдохнуть на лавочках, расположенных вокруг цветника во дворе. Есть здесь и качающееся кресло и качели с мягкими сиденьями. А в большом резиновом бассейне с чистой водой с удовольствием купаются не только дети, но и взрослые. Этот искусственный водоём удачно вписывается в дизайн двора и даёт прохладу даже в жаркую погоду.

Но не пришлось мне долго любоваться этой красотой. Я вздрогнула от необычного дребезжания, раздающегося на всю округу. Чтобы разобраться в чём дело, вышла за ворота.  Разгоняя на своём пути перепуганных куриц, ехала по улице  небольшая, похожая на игрушечную, ярко-оранжевая машина. «Тр-тр Митя», – подумала я про себя, вспомнив мультфильм «Простоквашино».

– Сами смастерили, – гордо заявили ребята, остановив необычную солнечную машинку.

– Как? Из чего? – с долей недоверия посмотрела я на мальчишек.

– Из металлолома собрали, – подошёл к нам хозяин дома.

Андрей Леонидович и Любовь Анатольевна воспитывают девять детей. Шестеро из них –  мальчишки.

– Как заметил, что ребята техникой интересуются, решил им немного помочь, – объяснил отец большого семейства. По журналу «Модельер-конструктор» из остатков железа решил собрать небольшую игрушку. Сыновей и приглашать не надо было. Они сами прибежали помогать. А потом все мальчишки с Лесного переулка пришли. Сейчас и с соседних улиц друзья приходят. Работы всем хватает. Старое железо необходимо чистить, драить, резать, сваривать друг с другом, красить. Со сварочным агрегатом я работаю сам или старшие ребята под моим присмотром. Даже в 10-11 часов вечера ребят не выгонишь из гаража. И старшие и младшие трудятся в поте лица с увлечением. Каждый вечер Андрей Леонидович откладывает все свои дела – и начинается работа «кружка» по железу. Ребята только этого и ждут. Им снова хочется смастерить своими руками что-нибудь необычное. А. Л. Трапезников создаёт чертежи, учитывая желания детей. У него это очень хорошо получается. У Андрея Леонидовича  хороший вкус, и он красиво рисует.

Такому само собой образовавшемуся «кружку» рады все родители. Они знают, что их мальчишки не болтаются без дела, а увлечены интересным занятием.

– Железо  сейчас на свалку не бросают. Найти его сложно, – признался Андрей Леонидович. – По работе я езжу по деревням. Некоторые сами предлагают металлолом. Мотор и другие части нашей машинки-тарахтелки как раз и собраны таким образом.
У кого-то может тоже завалялись дома какие-нибудь запчасти. Предложите их ребятам с Лесного переулка. Они вам будут очень благодарны.

Ольга Москвина

Ступени жизни солнечной девушки

– Сегодня у меня пробное испытание,  я писала ЕГЭ по русскому! – выбегая, точнее, вылетая ко мне навстречу, выпалила одиннацатиклассница гимназии им. К. Герда. Лицо сияет улыбкой, глаза светятся  искорками счастья. Где бы я её ни встретила, она всегда такая солнечная!

– Это от того, что у меня имя такое – Любовь, – говорит гимназистка.

Первая ступень

Имя для третьей дочери семья Киселёвых искала долго.

– Назовите Любой, – предложила свою помощь бабушка.

– А что, звучит мягко, и в отчестве, Владимировна, есть звук  «в», – поддержала мама девочки, учительница удмуртского языка и литературы.

В своём «маленьком государстве», в деревне Саркуз, что на юге Удмуртии,  Люба росла любимой – и в семье, и среди подружек...

В этот  весенний день третьеклассница долго стояла у ворот.  Журчали ручьи, припекало солнышко, да и посекретничать с подругой захотелось.

– Мы тебя давно ждём. Как у тебя дела, как настроение? – почти враз спросили родители.

Улыбка сбежала с лица девочки, она насторожилась. Её никто никогда официально не контролировал, тем более отец, который всегда ласково и в шутку разговаривал с ней,  о настроении не спрашивал.

Разговор продолжила мама.

– Есть возможность продолжить учёбу в Ижевске в школе искусств для одарённых  детей-удмуртов.

– Я поеду, – не задумываясь, выпалила Люба.

– Скучать будешь. Мне жалко тебя, – опустив глаза, сказала Мария Михайловна.

Но жалеть дочку было уже поздно. Успешно сдав экзамены, четвероклассница окунулась в мир музыки. Её окружали такие же девчонки и мальчишки из деревень республики, воспитатели и учителя готовы были помочь в любую минуту дня и ночи. Но слёзы от тоски по своему дому, родным, особенно по сестре,  не давали покоя ни утром, ни вечером.

– Ну что, Люба, вижу, тяжело тебе. Если хочешь, купим тебе билет на поезд и проводим до дома, – посмотрев в глаза девочки, твёрдо сказала преподавательница по обучению игре на фортепиано Алла  Борисовна Свинина.

– Что вы, нет, я уже не плачу, – сглотнув слезы, почти пропела  Люба.

Как же она отступит от своего решения? С утра она вместе со своими одноклассниками  училась в средней  школе, после двух в здании интерната занималась  музыкой. Игра на фортепиано и исполнение фольклорных и современных песен  её завораживали, окрыляли. 

Энергичная,  сияющая девушка начала всё чаще и чаще появляться на сцене, участвовать в республиканских конкурсах,  делала успехи в театральном искусстве, мастерски декламировала стихи. Одно только было жаль: для выбранного ею обучения на виолончели не  нашлось постоянного преподавателя, поэтому она всерьёз начала заниматься теорией музыки. 

Шесть  лет  пролетели как один  миг.

Вторая ступень

Следующий шаг в жизни  девочка тоже  сделала самостоятельно.

Окончив школу искусств, она могла продолжить учёбу в музыкальном колледже. Но кем быть потом? Преподавать теорию музыки, играть в оркестре? Да, петь она очень любит. Но куда же деть кипящую энергию?  И как же не примерить на себя это гордое звание – выпускник средней школы? Развеять  сомнения девушке помогла поездка в Венгрию. Она загорелась желанием изучать один из финно-угорских языков. 

– Мама, я поступлю в гимназию  им. К. Герда, – с  уверенностью сказала Любовь.

– Смотри сама, твоя судьба в твоих руках, – ответила мама повзровслевшей дочери. А сама про себя с облегчением вздохнула: и эти тягостные мысли матери легко разрешились.

Пройдя  испытание, Люба начала учиться в 10-м классе гимназии им. К. Герда. В глубине души она очень  волновалась: ведь предстояло влиться в совершенно чужой коллектив, привыкать к незнакомым учителям.

Но и здесь нашлись хорошие люди.  Доброжелательная и творческая атмосфера гимназии помогла ей быстро найти себя.  Да и с классной  руководительницей повезло. Н. И. Демакова  новичков полюбила так же, как своих прежних учеников. А может быть, ни что иное как её жизнерадостность, человеколюбие, вера только в хорошее помогают ей во всём? Вот только  к режиму дня в гимназии в первые дни она никак не могла привыкнуть. После привычного ритма  в школе искусств «школа + школа»  в гимназии во второй половине дня она не знала куда себя деть. Потом сама же опомнилась: надо записаться в кружки.

Ярко и красочно заполнили её жизнь занятия в кружках, выступления на сцене, чаще всего ведущей на концертах и мероприятиях, окружение новых любимых подруг.

А любовь...

Что это такое? Как и все мальчишки и девчонки, Люба раньше не знала. 

Первую любовь она встретила в школе искусств. Эти минуты счастья она никогда не забудет. От совпадающих мыслей, общих интересов она просто летала. Теперь всё это Люба вспоминает как сладкий сон. По её мнению, такие чувства, переживания, минуты радости должна испытать каждая девушка. Но всё-таки они расстались. Он окончил музыкалку раньше на год, взгляды на некоторые вещи у них изменились и они просто остались хорошими друзьями. 

Люба никогда обиды в себе долго не держит, другим тоже не желает.

Вот почему она всегда среди любимых подруг, уважающих её взрослых. Она благодарна своей бабушке за выбранное имя. Влюблялась, если честно, немало раз, но никогда не открывалась первая. Влюблённость помогала ей творить, созидать, покорять новые вершины. Незаметно для себя  встретила настоящего героя своей жизни.

Третья ступень впереди

Сейчас Люба в 11-м классе. Девушка серьёзно думает о дальнейшей жизни. Поэтому этот последний школьный год она больше внимания стала уделять учёбе. Теперь уже твёрдо знает: она должна быть в постоянном движении, среди людей, не только помогать им, но и организовывать их на творческие и  добрые дела. 

— Мама, я буду ходить на курсы юриста и историка одновременно, — приехав на каникулы, сказала Люба.

— Исполняй своё желание, — ласково посмотрела мудрая женщина на дочь.

Пусть настоящая любовь поможет  крепко стоять на выбранной ею третьей ступени.

А пробное ЕГЭ  по русскому Любовь Киселёва сдала успешно...

Алевтина Айманова 

Дети солнца

«Зарни комокъёс» («Золотые комочки») — так с любовью обращаются односельчане к Максиму Агафонову и Артёму и Косте Максимовым. Этих трёх неразлучных друзей ещё во втором классе приметила методист Зуринского дома культуры Надежда Михайловна Лекомцева. С тех пор данное ею ласковое прозвище прочно прикрепилось к ребятам, хотя сейчас они уже семиклассники. По характеру и темпераменту это, конечно, разные люди, но по интересам — единомышленники. Все трое любят рисовать, петь, плясать. Чрезвычайно легки на подъём. Их и просить не надо, только намекни – и ребята сделают всё: и в концерте примут участие,  и юмореску подготовят, и зал украсят.

Где только не довелось им побывать вместе с детским фольклорным коллективом «Шундыпиос» («Дети солнца»)! Свой родной Игринский район облазили уже вдоль и поперёк, неоднократно бывали в Ижевске,  с почётным третьим местом возвратились  в 2008 году с республиканского фольклорного фестиваля «Родные просторы», где демонстрировали удмуртский  обряд «Пучы арня» («Вербное воскресенье»).

В школе с этими одарёнными детьми занимается руководитель фольклорного кружка, учительница удмуртского языка и литературы Елена Рафаиловна Агафонова. Ребята с удовольствием оттачивают с ней своё мастерство. Здесь они по-настоящему начинают чувствовать себя удмуртами.

Антон, Максим и Костя не отстают и в спорте. Любят играть в баскетбол, футбол, с удовольствием участвуют в лыжных соревнованиях, занимаются лёгкой атлетикой. Есть, правда, небольшая разница в интересах этих ребят. Максим, к примеру, любит  сочинять стихи, Костя играет в шахматы, а Антон увлекается юмором. Больше всех из троицы пока повезло Максиму, как он сам считает: прошлым летом ему довелось заниматься и отдыхать в «Шундыкаре» — лагере для одарённых удмуртских детей.

С нашими героями  мне удалось познакомиться на празднике детской газеты «Њечбур!» («Здравствуй!»), который организовали учителя и учащиеся школы. Очень приметными были на этом празднике наши новые друзья, и, как оказалось, давние почитатели газеты. Они смотрелись просто на голову выше всех других артистов школы. Композиция «Мон удмурт пи, мон та палась» («Я удмурт, я из этих мест») взбудоражила всех, не оставив равнодушным никого.

По словам учителей школы, изучение родного языка, дружба с детской газетой «Њечбур!», участие в работе фольклорного кружка, в краеведческой, музейной и исследовательской работе — всё это помогает не только нашей троице, но и всем зуринским ребятам расти патриотами своей малой родины, страны, быть полезными ей и успешными. Не зря же их зовут «зарни комокъёс»!

Виктор Занчаров

     
        
 
ЛОГОС

Из Франции в Коми – с любовью…

Немало копий сломано в последнее время вокруг вопроса о национальном языке и культуре. В то время как в титульных регионах Российской Федерации рассуждают об интеграции национального языка в Интернете, о лингвистическом разнообразии и будущем языков в эпоху глобализма, коми язык звучит в парижских кафе и на побережье Ниццы. А в Коми обсуждают, что учёный и лингвист Себастьян Каньоли говорит на этом языке с очаровательным французским акцентом…

Себастьян Каньоли – по-настоящему увлечённый и упорный человек. Год назад, во время нашей первой встречи, он изъяснялся лишь на французском, английском и коми. В начале лета он уже понимал все вопросы на русском без переводчика. А два дня назад по Интернету Себастьян  попросил прислать его интервью на русском, чтобы попрактиковаться в языке. Но сейчас речь идёт о его настоящей любви – к коми языку и культуре.

– Себастьян, когда ты впервые услышал о Коми?

– Впервые я услышал о Республике Коми, когда начал заниматься изучением финского языка. Тогда я делал первые шаги в мистический мир финно-угорских языков. Я узнал о существовании не известных для меня доселе регионов России, которые вызывали у меня большое любопытство. Во Франции изучают только три финно-угорских языка: венгерский, финский и эстонский. А я решил познакомиться с языком и литературой другого народа этой языковой семьи. Оказалось, что коми язык практически недоступен для изучения. И это несправедливо.

Из любопытства я начал искать материалы, которые помогли бы мне ближе узнать финно-угорские языки России. В Интернете я нашёл коми-русский словарь в формате PDF, учебники по изучению коми языка, статьи по грамматике коми языка, написанные на эстонском, а также учебник коми литературы, который содержал мифические поэмы. У меня появилось желание понять эти тексты. Ведь поэзия – это средство выражения глубоких особенностей языка и культуры. А мифы являются иллюстрацией восприятия мира, свойственной определённой цивилизации. Таким образом, с помощью словарей и учебников грамматики я начал работу над расшифровкой этих произведений. Мне удалось познакомиться сразу и с языком, и с мифами коми, а заодно перевести на французский поэмы Михаила Лебедева «Кöрт Айка» и «Яр Морт»


– Какое впечатление сложилось у тебя от первой поездки в Коми? Кто знакомил тебя с республикой?

– Моё первое пребывание в Коми было логическим следствием переводов мифических поэм Лебедева. Как только я перевёл их на французский, мне захотелось ими поделиться. В начале 2007 года я разместил их на сайте и сообщил об этом Союзу писателей Республики Коми. Председатель Союза Елена Козлова ответила мне с большим энтузиазмом, а министр культуры Коми Надежда Боброва пригласила меня на празднование 130-летия со дня рождения Лебедева. У меня уже были знания об этом крае, и, наконец, я смог воочию увидеть республику, которая становится для меня всё более и более родной.

До этого я уже бывал в Санкт-Петербурге, Москве, Екатеринбурге и Иркутске. Но Север со своими лесами и пейзажами и особенностями был новым явлением для меня. Я посетил Сыктывкар, открыл для себя окрестности Корткероса, провёл ночь в селе Пезмог. Я встретил людей, с которыми стал тесно и долго общаться. Моим первым впечатлением от такого тёплого приёма было то, что меня везде принимали как «ас морт» («своего человека» – ред.). Мне захотелось ещё глубже изучить эту культуру и вернуться сюда.

Я узнал, что многие здесь говорят на русском, но часть населения говорит также и на коми. Во время моего второго визита в Коми в 2008 году я провёл вечер в деревне, где дети между собой общались только на коми, причём так естественно! Русский язык – это язык СМИ, образования, профессиональных связей. Но коми всё ещё жив.

Конечно, в рамках моей деятельности я чаще всего знакомился с людьми, говорящими на коми языке, имеющими отношение к культуре этого народа. Я встречал и людей, которые утверждали, что коми являются национальным меньшинством. А на самом деле, у большей части людей, считающих себя русскими, хотя бы один из родителей, бабушка или дедушка знали коми. И коми для них не является чужим, они его более или менее понимают. А некоторые даже на нём немного говорят, если представится случай. Я бы назвал языковое положение в республике скромным двуязычием, живым и по сей день.

Посетить этот край мне помогли коми писатели Елена Козлова, Владимир Тимин, Елена Габова, специалисты Национальной библиотеки и другие. Я путешествовал с моими друзьями – Ларисой и Алексеем Поповым – писателями и журналистами, наделёнными педагогическим сознанием. Они открыли для меня Ижемский район с его лингвистической специфичностью и экономикой, ориентированной на разведение оленей. Леонид Даньщиков, который хорошо знаком с Францией, показал мне сёла, расположенные вокруг Сыктывкара, и составил мне компанию в поездке по Уралу и полярному кругу до города Лабытнанги и Салехарда, где я также общался с Изьватас.

– Себастьян, что является предметом твоего научного исследования?

– В прошлом году я писал научную работу, в которой рассматривал новые средства выражения самобытной коми драматургии в языке после 1990 года. После этого я защитил докторскую диссертацию «Драматургия на коми языке в постимпериальный и постсоветский периоды». Задачей было детально изучить коми драматургию в послереволюционный период и в период после распада СССР.

Что касается коми драматургии, моей задачей было сделать её доступной для ознакомления за пределами Коми. Но более важным для меня было понять, как проявляется национальная самоидентификация в многонациональном государстве, особенно в двуязычном обществе. Это очень интересный вопрос, так как понятие многонационального государства и двуязычия в нём абсолютно не известно во Франции. Потому что у нас существует только один государственный язык, на котором говорит только одна нация.

Эта научная работа позволит в итоге постичь модель общества, отличающуюся от французского, и понять роль, которую играет художественное творчество в этом обществе.

– Ты изучаешь не только постсоветскую, но послереволюционную коми драматургию. Можно провести между ними параллели?

– Существуют поразительные сходства между этими двумя периодами. В обоих случаях система политического правления разрушается (Царская Россия и Советская Россия) и появляется необходимость в новых институтах власти.  Гражданская война 1918-1920 годов привела к созданию Коми АССР – автономной области в системе большевистской России. И в переходный период 1990-1994 годов привела к ратификации Конституции Республики Коми в системе Российской Федерации. Эти изменения стали серьёзным источником вдохновения для литераторов.

При этом есть и фундаментальное отличие этих периодов: в период с 1920-х до 1990-х количество жителей, считающих себя коми, уменьшилось с 92% до 25% от населения Коми региона. В постимпериальную эпоху коми драматургия была доступна для всех при главенствующей роли коми языка. В постсоветскую эпоху появилось понятие национального меньшинства.
Но, разумеется, чтобы сделать правильные выводы, нужно внимательно изучить весь советский период и особенно знаковые 1936-1937 годы, когда было уничтожено целое поколение писателей и изменился коми алфавит. 

–  Что привлекает тебя в Коми, помимо научной работы?

– Моя научная работа позволяет мне расширить границы театра. В прошлом году я предложил руководителю Национального музыкально-драматического театра Республики Коми Светлане Горчаковой пригласить труппу актёров из Ниццы для участия в фестивале Чехова в ноябре 2009 года. «Ниццийский театр имени Франсиса Гага» выступил в Сыктывкаре с чеховской постановкой «Предложение» на ниццийском языке (это язык окситано-романской подгруппы, родственный французскому, но отличающийся от него так же, как португальский и румынский).

Немного позднее, в мае 2010-го, ученики Пушкинской гимназии Сыктывкара поставили французскую версию пьесы Савина «Инасьт?м лов» в Москве.
В настоящее время идут репетиции пьесы Алексея Попова «Сюр» в Париже, премьера которой состоится этой осенью.

Я лишь простой зритель. И меломан. Когда узнал, о новой постановке оперы на коми языке, которая проходила в Сыктывкаре, я приехал поучаствовать в первых её презентациях. И ни разу не сожалел о проделанном пути.
 
Кроме того, у меня появилось много друзей в Коми. За семь дней я познакомился с множеством людей, везде меня встречали с воодушевлением и любовью. У меня всегда есть желание вернуться в Коми в разное время года и посетить места, где я ещё не был. Ведь атмосфера в республике сильно отличается от времени года и района.

– Какие у тебя планы относительно развития коми-французских связей? Что уже состоялось в этом направлении?

– Отношения Франции и Коми касаются научного и университетского сотрудничества. Французская ассоциация по развитию изучения финно-угорских языков, основанная в 1960-е годы, собрала исследователей, работающих в сфере изучения финно-угорских языков. С 2008 года президентом ассоциации является Ева Тулуз, а я – её ближайший помощник.  Наша ассоциация ежегодно издаёт журнал на французском языке «Научное исследование финно-угорских языков», который включает в себя ранее не публиковавшиеся научные статьи. У ассоциации есть представители во всём мире, а также партнёры во многих финно-угорских странах.

В Коми мы подписали соглашение о сотрудничестве с Национальной библиотекой, с Сыктывкарским государственным университетом и Коми научным центром РАН. Наше сотрудничество заключается в обмене публикациями, организацией собраний и совместных проектов. В ноябре 2009 года ассоциация провела в Париже Дни коми культуры.  В проекте участвовали исследователи Франции, Коми и Эстонии. Доклады, зачитанные на конференции, были объединены в сборник, который будет издан этим летом.

Кроме того, во Франции есть Государственный институт восточных языков и цивилизаций, где исследуют около сотни языков. Студенты и преподаватели этого института занимаются  изучением финно-угорских языков.  В этом институте я готовлю мою докторскую диссертацию.  Государственный институт восточных языков и цивилизаций недавно подписал договор о сотрудничестве с СыктГУ. Это соглашение призвано вдохновить обе стороны на совместную работу и упростить её.

– И всё-таки - за что ты любишь Коми?

– Что я ищу, когда путешествую? Возможность забыть свои привычки и воспринимать мир по-другому. Одно из моих самых ярких впечатлений – это поездка в Японию, где я проходил стажировку по исследованию искусственного разума. Эти несколько недель меня познакомили с совершенно иным языком, с необычными устоями, способностью мыслить иначе. Во Франции меня научили видеть мир рационально, уметь всё объяснить, в Японии я научился принимать мир таким, какой он есть, со всеми противоречиями, с анимистичной философией жизни. Это меня окончательно убедило в правомерности моего скептицизма относительно французской догмы.

Путешествуя по Коми, погружаясь в язык и литературу, я увидел то же. Меня впечатлила природа коми, но особенно – отношение людей друг к другу. Это черта касается в целом финно-угорского мира. Когда человек безропотно принимает правила игры с природой и воспринимает себя лишь элементом сложной цепочки, наподобие звезды в космосе, – в таком случае жизнь может развиваться самым гармоничным способом.

Беседовала Полина Романова

Перевод Леонида Даньщикова

ПОРТРЕТ ЭТНОСА

Ватка и калмез – удмурты, но разные

Нельзя с полной уверенностью сказать, что лежит в основе разделения удмуртов на ватка и калмез:  то ли это были два различных  древнеудмуртских племени, то ли территориальные группы внутри единого этноса, в прошлом изолированные друг от друга в силу разных причин.   В удмуртоведении пока нет общего мнения на этот счёт.

 В конце  XIX века исследователи Б. П. Гаврилов,  Г. Н. Потанин и А. А. Спицын отмечали, что удмурты, проживающие по р. Чепца, называют себя ватка, а удмурты, занимающие земли вдоль р. Кильмезь, – калмез.  По мнению учёных, они представляли собой внутриэтнические локальные группы, обладающие определёнными особенностями в культуре.  Первый удмуртский этнограф Г. Е. Верещагин был убеждён, что ватка – это жители «Вятки, или Вятской страны», то есть удмурты-вятчане, а калмезы – удмурты, живущие вдоль р. Кильмезь.

Исследователь истории и культуры народов Среднего Поволжья и Приуралья  М. Г. Худяков считал ватку и калмез племенами. В 1920-е годы он  писал, что, поскольку эти «племена» охватывают не всё удмуртское население, то, вероятно, в прошлом подобных «племён», принявших участие в формировании удмуртского народа, было больше.

В исторически отдалённые от нас эпохи ватка занимали весь бассейн реки Вятка, Нижнее Прикамье вплоть до Среднего Поволжья, соприкасались с предками современных коми, марийцев и мордвы, возможно – вепсов, булгар, участвовали в формировании одной из булгарских групп – предков чувашей. По мнению М. Г. Атаманова, ватка – самое древнее население Вятской земли, давшее своё название и реке Вятка.

В середине I тыс. н. э. начинается русская колонизация Вятской земли. Удмурты постепенно вытесняются с правобережных притоков Вятки и начинают сосредоточиваться в бассейнах рек Чепца, Кильмезь, отчасти – Холуница, Быстрица и на других левобережных притоках р. Вятка. Поднимаясь постепенно вверх по течению р. Чепца, ватка разделились на «нижних», живущих в нижнем течении Чепцы, и  «верхних», локализованных выше по реке.

О том, что в древности ватка занимали бассейн среднего и верхнего течения реки Вятка и что на месте современного Кирова стояла Быдњым куала (Великая куала) удмуртов,  есть масса преданий. По одному  из них, «в древние времена  удмурты не в этих местах жили. В эти края они пришли с запада, из-под города Ваткакар (Хлынов, совр. – г. Киров – Н. Г.). Там у них было своё царство (эксэй  улос), но русский царь силой изгнал их на восток – туда, где раньше были непроходимые дремучие леса. Не выдержав натиска русского царя, они уходили всё дальше и дальше, до тех мест, где ныне находятся Малмыжский, Гла-зовский, Сарапульский и Елабужский уезды».

Удмурты-ватка Слободского района Кировской области ещё в 1970-е годы рассказывали предания о великом святилище: «… Когда-то в древности удмурты жили на том месте, где сейчас г. Киров. Там была у удмуртов зќк куала (великое святилище). А потом туда пришли новгородцы и начали воевать с удмуртами. Вокруг своей крепости удмурты выставили деревянных идолов. Сплели двухметровые лапти – пусть подумают, какие  тут богатыри живут! Но силы были неравные. Удмуртов победили, и они ушли из-под Хлынова (удм. Кылно). По всем местам рассеялись. Кто был посильнее – те ушли в сторону Глазова, а кто послабее – укрылись в ближайших лесах. Когда уходили из Кылно, кузё (предводитель) дал уходящим красного бычка (горд ошпи) и сказал: «Где он упадёт, там и принесите его в жертву, там и устройте святилище». Бычок упал на том месте, где сейчас стоит деревня Карино. Потом ещё долгое время здесь же молились. Но стали татары поганить то место, забирали серебряные деньги, которые приносили как жертву и оставляли в роднике. Поэтому удмурты вынуждены были сменить место моления».

По другой версии, место святилища перенесли в глубь леса около д. Чабья (Омсино), когда слишком близко от культового места пролёг ожив-лённый тракт в сторону Глазова. В настоящее время в этом потаённом месте уже давно не проходят массовые моления и жертвоприношения, но о нём помнят и знают. То и дело отдельными семьями или группами приходят удмурты на Петров день или в Покров, приносят жертву (обычно гусей), молятся о возвращении сыновей из армии, излечении больных, благополучии новобрачных, здравии новорождённых. 

В настоящее время нижнечепецкие удмурты проживают в отдельных деревнях Слободского, Унин¬ского, Зуевского, Богородского и Фаленского районов Кировской области, а  верхнечепецкие – в Кезском, Балезинском, Дебесском, Игринском, Глазовском, Красногорском, Юкаменском, Ярском районах Удмуртии. По мнению В. Е. Владыкина, граница между «верхними» и «нижними» ватка проходила где-то по линии с. Балезино.

Удмурты-калмезы компактно проживают в центральных, частично – южных и северных районах Удмуртии, а также в Кировской области. История появления калмезов на севере современной Удмуртии, в бассейне среднего течения р. Чепца, до конца не выяснена. По мнению одних учёных, они являются древнейшими насельниками края, другие видят в них переселенцев с бассейна Кильмези и Ижа, попавших под натиск марийской колонизации.

В состав ватка и калмез не входят удмурты южных (Граховского, Алнашского, Кизнерского, Киясовского, Можгинского), восточных (Шар-канского, Воткинского) и центральных (Як-Бодьинского, Завьяловского, Ма¬лопургинского) районов Удмуртии, которые, по-видимому, имеют смешанный состав. Не причисляют себя ни к ватка, ни к калмезам также периферийно-южные группы удмуртов.
По письменным документам XVII века, верхнечепецкие ватка по чис¬ленности преобладали над нижнечепецкими.  Так, по переписной книге 1646 года известно, что в верхнем течении Чепцы тогда насчитывались 45 селений (359 дворов), тогда как в среднем и нижнем – 31 селение (247 дворов). Последующая динамика демографического развития  группы ватка, особенно на территории Кировской области, в основном связана с сокращением количества поселений и численности самой группы, что объясняется миграцией и ассимиляцией.
Вплоть до начала XX века группы ватка и калмез оставались эндогамными, то есть в браки  друг с другом и  иными группами удмуртов не вступали. В их взаимоотношениях присутствовала антитеза «мы – они», ко второй половине XX века относительно четко сохранившаяся лишь у удмуртов Унинского района Кировской области, где по соседству  или чересполосно проживают обе группы  – ватка и калмез, а также в северных районах Удмуртии. По словам этномузыковеда И. В. Пчеловодовой, на севере республики во время экспедиции ей довелось услышать выражения «Милемыз калмез шуо вал» («Нас калмезами называли») или – «Со ваткаос озьы каро»  («Это ватка так делают»). Ещё более выразительный пример из практики полевых исследований привела фольклорист Т. Г. Владыкина: «Очень было интересно услышать, как хозяйка (северная удмуртка) ругала свою кошку: «У-у, калмез!»

По информации, записанной М. Г. Атамановым в 1971 и 1973 годы, можно узнать много любопытного о характере взаимоотношений представителей обеих групп: «Мы, ватка удмурты… Ватка тут много, не только в Унинском, но и в Зуевском, Фаленском, Богородском районах, по всей реке Косе живут ватка. Самые большие деревни у нас – это Сибирь, Астрахань, Дунай, Петровцы, Слудка, Городище, Кионгурт, Удэга и другие. Многие деревни уже обрусели, например, деревня Лейпег была удмуртской, стала русской. Была Вотская Лемма, стала Новая Лемма – обрусели; с. Полом Богородского района обрусело, мы в шутку их называем «вотяками», они язык и обычаи все потеряли. У нас в Митенках – Кушъягурте тоже не хотят уже говорить на своём языке.

 Ватка до недавнего времени ходили в белой вышитой холщовой одежде, а калмезы – в красной. Нас называли  тќдьыен ветлћсьёс (ходящие в белом), а калмезов – гордэн ветлћсьёс (ходящие в красном). Рань¬ше с калмезами вовсе не роднились, у них и язык, и одежда другие. Мы говорим мумы, а они ноной (мать); мы – ака, а они  апай (старшая сестра);  мы говорим њезьы,  а они – капка (ворота), и много других слов не сходится.

Калмезы нас в шутку называли ой, ватка, пќсь сяртчы (эх, ватка, пареная репка), а мы в ответ им говорили: калмез – шќг губи (калмез – пресный гриб). В последние годы молодёжь уже не смотрит, кто ватка, кто калмез – женятся. Калмезы по-своему хороши, а мы, ватка, – по-своему.

Калмезы – вечные жители этих мест. Откуда они появились, мы не знаем. А вот ватка здесь пришельцы. Наши прапредки пришли из-под Ки-рова, из Слободского района. Язык и одежда у нас одинаковы со слобод-скими; фамилии Золотарёвы, Муины, Почашевы, Лысовы, Квакины, Кельдибековы, Кайсины сходны со слободскими и воршуды (хранители, покровители родовых коллективов – Н.Г.) тоже – Чабья, Сюра, Дурга, Чола, Кушъя. Мы с ними встречаемся, разговариваем  и роднимся, хотя и очень далеко они от нас находятся. Глазовские, ярские удмурты говорят, как и мы, а вот у калмезов язык сходен с ижевскими. Бесермяне живут около Глазова, но они говорят по-другому, не всё и поймешь.

Раньше мы все занимались земледелием. Хлеба было очень много. В закромах  было полно, и в скирдах хлеба стояли по многу лет. Сеяли рожь, ячмень, овес, пшеницу, много льна, а коноплю мы почти не сеяли. На полях сеяли много репы, а картофель садили возле дома, да не так-то и много. Семьи были большие, по 20–30 человек  жили в одной семье. Жили дружно, не ругались. Всем командовал кузё (хозяин, глава семьи). Держали по 10–20 коров, столько же лошадей, овец, гусей. Было много пчёл. Какие были ве¬сёлые праздники, моления всей деревней! Молодёжь играла, веселилась. Раньше никто не напивался. Молодёжь вовсе не пила, а сейчас всё наоборот.

До революции были сельские сходы, по-удмуртски - кенеш. Туда ходили только мужчины, все важные вопросы там решали, даже когда выйти сеять, хлеба убирать. Перед тем, как выйти пахать, проводили праздник Геры поттон (вывоз плуга). Со всякими угощениями народ шёл на поле. Распахивали несколько борозд, крашеные в красный цвет яйца клали в борозду и запахивали. Это была жертва за хороший урожай. Тогда же пожилые кидали вверх яйца и кричали «Гой, гой!», а молодёжь ловила, собирала яйца. Катались, со¬ревновались на лошадях. Было всем так весело. После этого все дружно выезжали на поле пахать свою землю-кормилицу.

…Калмезов называли керемет вќсясьёс – «молящиеся в керемети», «поклонники керемети», т. е. почитающие и молящиеся в священной роще луд (другое название – керемет). В отличие от них, ватка почитали и мо-лились в семейно-родовом святилище – куала. Была зќк куала (родовое святилище). Варили суп и молились, никаких животных, птиц там не резали. У каждого воршуда была своя куала. Каждый молился в своей, в чужие не ходили. Так было принято».

Конфликтные ситуации между калмезами и ватка возникали в основном из-за земли, о чём опять-таки можно узнать из преданий: «Ни о чём плохом не думая, ни с кем не ссорясь, жили два калмеза у починка Новые Парзи. Но вот со стороны Вятки пошли в эти края удмурты племени ватка и выселили калмезов с обжитых земель. Пришёл один ватка и к этим калмезам. Стали они спорить, кому на этом месте жить. Калмезы пожелали все вместе жить. А ватка воспротивился: здесь, дескать, только одно племя должно быть. Пошли они окрестные земли осматривать. Когда дошли до места слияния рек Озегвай и Пари, стемнело. Решили они заночевать здесь. Один калмез сразу уснул, а другой, как бы чуя недоброе, спящим прикинулся, за ватка стал наблюдать. Вот ватка встал, прислушался и, решив, что его попутчики спят, взял дубину и убил калмеза. Другой же, не спящий, вскочил и отобрал у ватка дубину. Видя своё поражение, ватка быстро удалился вверх по реке Парзи. Что сталось с ним после этого, куда делся – никто не знает. Оставшийся в живых калмез похоронил товарища тут же, где он лежал (поэтому сюда на поминки ходят)».

Никто из учёных не сомневается в том, что группы ватка и калмез послужили основой для формирования современных удмуртов, но считать, что ватка – основа северных, а калмезы  – южных удмуртов, было бы неправомерно. Как считает В. Е. Владыкин, ватка и калмезы – гораздо более древние и сложные структурные образования. 

Галина Никитина,
зам. директора Удмуртского ИИЯЛ УрО РАН,
доктор исторических наук, профессор
(г. Ижевск)



ПОБЕДЕ ПОСВЯЩАЕТСЯ

Кольские саамы в годы Великой Отечественной войны

Посвящается павшим и живым – героям войны и труда,
отстоявшим свободу и независимость нашей Родины
 

Наступившее лето на Кольском Севере в 1941 году задалось необычайно тёплым и солнечным. Леса и тундра вспыхнули изумрудом молодой листвы, озёра и реки засветились синей гладью зеркал. Как и повелось исстари, начало июня было заполнено обычной работой: в оленьих стадах завершился отёл, пастухи-оленеводы готовились к летним перекочевкам, на оленеводческих базах и в сёлах велось большое строительство.

Саамы, проживающие в сёлах, деревнях, погостах и становищах Мурманской области, узнали о войне в полдень 22 июня 1941 года. На центральной площади Ловозера собралось около пятисот человек – и стар и млад – почти всё население села. Люди на глазах преобразились – стали строже, собраннее. Все – и взрослые, и дети – понимали, что для каждого из них предстоят серьёзные испытания.

В первые же часы войны в армию было призвано более 120 саамов Ловозерского района. В военкомат пришли десятки коммунистов, комсомольцев и беспартийных. Уже на следующий день первые группы мобилизованных отправили на колхозных грузовиках в Кировск, на пункт сбора. Одновременно извещали воен-нообязанных, находившихся в тундре. На оленях, на лодках или пешком добирались они до погостов, брали нехитрые пожитки, прощались с родными и уходили в военкоматы. Из Гремихи, Сосновки и других точек побережья призванных в армию саамов доставляли в Мурманск морем. В числе других вместе с братьями ушёл на фронт саам Иван Андреевич Данилов. Он погиб под Сталинградом совсем молодым. По решению райисполкома 25 сентября 1974 года, к 30-летию разгрома Советской армией немецко-фашистских войск в Заполярье, одна из улиц Ловозера переименована в честь героя-воина.

Мысль об использовании оленьих упряжек в транспортных операциях на фронте  появилась у пастухов – ветеранов оленьих караванов Первой мировой войны, доставлявших оружие – военную помощь союзников из Мурманского порта в Кандалакшу ещё в 1914 году. Эту идею взял на вооружение Мурманский обком ВКП(б), и уже в ноябре 1941 года было принято решение о формировании на Кольском полуострове оленьих транспортных подразделений. Саамов направляли в эти части 14-й армии. Именно тогда ушли в армию 77 лучших оленеводов с упряжками.

Бывшие оленеводы, бойцы Красной Армии – саамы, коми-ижемцы, ненцы –  на оленях доставляли боеприпасы, продукты, снаряжение, топливо и бомбы на аэродромы, искали в тундре сбитые самолёты, вывозили в тыл раненых. В первую военную зиму солдаты-оленеводы вывезли с передовой в тыл 5 766 раненых, обмороженных и больных.

Зимой 1942-1943 годов на Карельском фронте скомплектовали ещё четыре оленетранспортных дивизиона. Ездовые олени появились в боевых порядках наших войск не только на Мурманском, но и на Кандалакшском и Лоухском направлениях.

Использовали оленей разведчики и десантники на Северном флоте, а также эти выносливые животные служили для подвоза различных грузов в отдалённые гарнизоны.

К августу 1944 года в 14-й армии насчитывалось более четырёх тысяч оленей, несколько меньше – в 19-й армии. Прокормить такое количество оленей – сложная задача, ведь ягельники в прифронтовой зоне погибли. Приходилось завозить фураж из средней полосы: по норме на каждого оленя полагалось в день по два килограмма комбикормов и килограмм сена. А сколько хлопот возникло с нартовым хозяйством! В армии использовались тысячи саней. И опять-таки выручили саамы – они наладили производство и ремонт нарт в Ловозере.

Саамы-оленеводы в силу своего опыта, знания местных условий составляли ядро заполярных подразделений. За годы войны в Заполярье они вывезли с линии фронта 10 142 раненых и больных, доставили для выполнения боевых заданий 7 985 военнослужащих, перевезли 17 082 тонны боеприпасов и военных грузов, эвакуировали из тундры 162 аварийных самолёта.

А ведь за каждой цифрой стоят события и факты, которые статистика не всегда может учесть: морозы и метели, бездорожье и болота, прицельный огонь врага и бомбежки. Приходилось сутками ждать на вражеской стороне возвращавшихся с задания разведчиков и партизан, долго плутать в тундре в поисках лётчиков, выбросившихся со сбитых самолётов.

Однажды ранней зимой санный поезд, в котором было 300 оленей, переправлялся через озеро. На середине пути его догнало резервное оленье стадо из 500 голов.  Лёд не выдержал, и все олени и сопровождавшие их люди  оказались в воде. Однако оленеводы не растерялись. По колонне передали приказ: «Стоять на санях! Гнать оленей вперёд!» Олени вытянули сани с людьми, и всё завершилось благополучно.

О проявленных в боях героизме и храбрости саамов сообщалось во фронтовых письмах,  многие из которых  опубликованы в «Ловозерской правде». Вот одно из них: «Товарищи ловозерцы! Вы можете гордиться вашими односельчанами.   а образцовое выполнение боевого задания командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество Военный совет фронта наградил медалью «За боевые заслуги» Вокуева Петра Егоровича, Галкина Кондрата Павловича, Рогова Елисея Николаевича, Терентьева Василия Прокофьевича, Матрёхина Егора Назаровича».

С мая 1941 года по июль 1945 года на полуострове Рыбачий несла нелёгкую службу в 100-м особом погранбатальоне Фёкла Петровна Чапорова, жительница п. Шонгуй.  В 2007 году эта поистине героическая женщина, награждённая орденами и медалями, покинула этот мир.  В освобождении Никеля, Луостари, Печенги и Киркенеса в составе 10-го мотострелкового полка 31-й мотострелковой дивизии принимал участие кавалер многих орденов и медалей, в 2008 году ушедший из жизни, житель г. Оленегорска Гавриил Павлович Захаров. С 1966 по 1969 год автору этих строк посчастливилось служить в том же полку.

Ныне единственным живым фронтовиком из саамов остался полковой разведчик 205-й дивизии Карельского фронта, кавалер государственных боевых наград ловозерец Василий Алексеевич Галкин – почётный житель Ловозерского района, проработавший многие годы бригадиром оленеводческих бригад совхоза «Тундра».      
     
Жители саамских сёл, деревень и погостов Кольского полуострова четыре года находились в прифронтовой полосе и испытали все тяготы, беды и лишения войны. Особенно трудно пришлось в июне-июле 1941 года саамам, проживавшим в за¬падной части Мурманской области. Их селения подвергались ежедневным бомбардировкам, враг сжёг все жилища в Рестикенте, Ниванкюле, Титовке, Западной Лице. Саамы потеряли скот, имущество, многие семьи оплакивали убитых. Так, у А. А. Костылевой-Осиповой, эвакуированной в посёлок колхоза «Восмус», осколком бомбы убило старшего сына, ранило дочь. Были жертвы и в других семьях.

По воспоминаниям первого председателя комитета по вопросам народов Севера администрации Мурманской области Сергея Борисовича Семяшкина, немецкие лётчики на бреющем полёте не однажды расстреливали мирное саамское село Юркино, где во время войны проживала их семья. Не щадили ни школу, ни жилые дома, обстреливали бегающих по улице детей – были и убитые, и раненые.

Всех саамов,  не призванных в Красную  армию,  летом 1941 года мобилизовали на выполнение оборонных работ. Жители тундры строили дороги к фронту, подвозили на оленях брёвна для землянок и огневых точек, помогали сооружать взлётные полосы на временных аэродромах, рыли щели и окопы, чтобы укрыться во время авианалётов. Вдоль Пулозерского тракта курсировали патрули, появился наблюдательный пост на крыше ловозерской школы. Такой же пункт наблюдения находился на окраине села, на кладбище, где на вершине сосны поочередно сидели школьники.

Летом 1941 года в Ловозерском и Саамском районах, так же как и в других районах области, было создано народное ополчение, организованы истребительные отряды. Саамы, русские, украинцы, коми, ненцы по первому приказу брались за оружие и шли выполнять боевые задания: вылавливали заброшенных немецких диверсантов, уничтожали вражеские десанты, искали упавшие в тундре фашистские бомбардировщики. Бойцы народного ополчения и истребители  прочёсывали  леса, собирали и жгли гитлеровские листовки, охраняли Кировскую железную дорогу. И всё это – наряду с основной работой.

Одной из сложных задач, которую пришлось решать Кольским оленеводам в 1941 году, была эвакуация оленьих стад из районов военных действий. В начале войны на ягельниках близ границы оставалось около четырёх тысяч оленей. Пастухи успели в июле-августе отогнать животных от Титовки и Рыбачьего. Огромное стадо оленей медленно двигалось на юго-восток. У Туломы пришлось остановиться (ждали, когда окрепнет молодой лед), и только 9 ноября 1941 го¬да оленей переправили по льду через реку и вышли к железной дороге в районе Лопарской. Во время этого 130-дневного перехода в условиях развернувшихся военных действий самоотверженно и героически вели себя саамы каневского совхоза Е. Ф. Антонов, И. М. Собакин, С. Т. Яковлев,  А. А. Осипов, М. С. Герасимов. Родственники считали этих пастухов погибшими, но они, вернувшись в села живыми и невредимыми, через несколько дней взяли винтовки и ушли на фронт.

На смену ушедшим в армию оленеводам пришли женщины, подростки и старики. «Мы ещё послужим Отечеству, мы ещё покажем, как надо работать для фронта», - говорили 60-70-летние саамы. Сколько инвентаря отремонтировано их руками, сколько сшито упряжи! Они руководили сенокосными, рыболовецкими, охотничьими бригадами, брались за любую работу.

На них равнялись остальные. К. А. Сорванов с одним помощником сторожил стадо, которое раньше охраняла бригада пастухов из семи человек. Одним из лучших работников колхоза «Красная тундра» стал подросток И. Д. Матрехин.

В войну нарушилась вековая традиция: пастьба оленей была всегда делом сугубо мужским.  В первые недели войны пошли в пастухи Клавдия Галкина и Ульяна Юрьева. Их подруга Клавдия Матрехина в те дни писала: «Я с радостью иду на эту новую для меня работу и буду стараться, скорее бы научиться пасти оленей. Призываю всех девушек-колхозниц отправиться в оленеводческие бригады».

Карельский фронт нуждался не только в оленях, нартах, упряжи, но и в тёплых вещах. Уже к 15 декабря 1941 года трудящиеся Ловозерского района передали армии 750 пар тоборок и 770 пар липтов, кроме того – 1 571 оленью шкуру. Лучшими мастерицами по шитью одежды из оленьего меха в годы войны были Феофания и Федора Юрьевы. Отличные пимы, тоборки, чулки, рукавицы шили Мария Собакина и Ульяна Яковлева.

Саамы помогали фронту и продовольствием. В первую военную зиму ловозерские охотники убили 115 лосей. Большую часть мяса отправили в действующую армию, а остальную распределили между семьями фронтовиков. За зиму 1942-1943 годов в Ловозерском районе было убито ещё 72 лося. Колхоз «Краснощелье» добыл 27 лосей, «Красная тундра» - 25, «Тундра» - 12 и «Доброволец» - 8. Рыбаки колхоза «Искра» в 1943 году сдали государству более 2,5 тысячи центнеров рыбы.

За годы Великой Отечественной войны число оленей в Мур¬манской области сократилось почти на 40 процентов: если в 1940 году на Кольском полуострове насчитывалось более 70 тысяч оленей, то в 1945 году остались только 42 тысячи. Но эти убыт¬ки можно было возместить – поголовье оленей при надлежащих условиях восстанавливается довольно быстро.

Главное –  наша страна одержала Великую Победу. В этом есть и заслуга саамов – тех, кто героически сражался на фронте, и тех, кто доблестным трудом ковал победу в тылу.

Великая Отечественная война вошла в каждую нашу семью, в каждое сердце бедой, горем, лишениями, яростью. Всколыхнула в нас чувство достоинства, чести, стремление выстоять и победить. И наш многонациональный народ, объединённый в Союз равных республик, выстоял в этой страшной мировой бойне и победил, спас человечество от истребления, положив на алтарь победы почти двадцать семь миллионов жизней своих братьев и сестёр.

В центре села Ловозеро 174 солдатам, не вернувшимся с войны, установлен памятный знак с надписью: «В честь ловозерцев, погибших в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.». В Долине Славы города Кола на монументах и памятниках можно прочитать родные и близкие имена и фамилии героев – коренных жителей  Мурманской области.

Николай Богданов,
офицер запаса ВМФ, ветеран труда 
(г. Кола, Мурманская область)


Подиум

Национальный костюм в музее, на сцене и в мегаполисе

Как сохранить и актуализировать этнический костюм? Эти вопросы занимали участников Первого республиканского фестиваля-конкурса этномодельеров «Бабушкин сундучок» и семинара «Национальный костюм удмуртов», которые прошли весной 2010 года в Удмуртии.

Культурные коды

Развитие традиций национального костюма – это возможность в пространстве глобализации яснее, «предметнее» ощутить свои культурные корни. В то же время традиционные мотивы стимулируют творчество. К таким выводам пришли участники открытого фестиваля-конкурса модельеров «Бабушкин сундучок», который состоялся в Ижевске 18 апреля 2010 года.

Переосмысление традиционного народного костюма и его символики занимает в умах современных художников-модельеров настолько заметное место, что в последние годы даже сложилось отдельное художественное направление, получившее условное название «этномода». Для этномодельеров проводятся специальные фестивали, конкурсы, презентации, открываются тематические бутики и шоу-румы. Этника становится основой коллекций от-кутюр, подчёркнуто декоративных, доводящих ту или иную идею народного костюма до абсолюта, и коллекций прет-а-порте, рассчитанных на массовое производство повседневной одежды.

Между тем этномода – направление сложное, заставляющее художников «играть» по особым правилам. Традиционные «этнические» материалы – шерсть, лён, войлок – порой сопротивляются современным способам кроя и драпировки. С другой стороны, простое использование традиционных фактур не превращает швейное изделие в объект этномоды. Проще говоря, не достаточно сшить прямой сарафан «в пол» из небелёного льна, чтобы считаться этномодельером. Тут нужно быть и историком, и фольклористом, и даже фантастом: ведь надо создать особую художественную реальность, в которой каноны эстетики и практичности прежних лет, а то и веков соприкоснутся с современными.

Фестиваль-конкурс «Бабушкин сундучок» вполне может стать той площадкой, на которой молодые модельеры будут проверять качество своих работ, их оригинальность и конкурентоспособность. Площадкой, на которой в одной номинации на равных могут сойтись признанные мастера и талантливые ученики. Первый «Бабушкин сундучок» создал для этого все предпосылки. В нём приняли участие 14 творческих коллективов и модельеров из Ижевска, Сарапула, Малой Пурги, Якшур-Бодьи, Алнашей и Сигаево. Среди них – и любители, и студенты – будущие модельеры, и мастера ателье. В трёх номинациях («Фольклорный костюм», «Сценический костюм» и «Современный костюм») была представлена 21 коллекция.

Впрочем, показ коллекций по номинациям оказался весьма условным. Многие модельеры не смогли для себя определить, что отличает сценический костюм от современного, и подали заявку в не подходящей для себя номинации. Например, к современным костюмам отнесли свою коллекцию «Зима-лето» дизайнеры театра моды «Бэлль», хотя представить на нашей современнице в повседневной жизни воротник а-ля Снежная королева или необъятную юбку из органзы с пришпиленными огромными, явно карнавального вида цветами невозможно. Ещё меньше повезло номинации «Фольклорный костюм», подразумевающей бережное, этнографически точное воссоздание национальных костюмов. Таких костюмов на конкурсе просто не оказалось, поэтому жюри решило не присуждать победу в этой номинации.

Но, несмотря на некоторые казусы (они наверняка будут исправлены на фестивале «Бабушкин сундучок-2011»), конкурсная программа получилась серьёзной и подарила немало сильных впечатлений. В номинации «Сценический костюм» было представлено несколько эффектных, озарённых яркой фантазией коллекций, в которых художники смело играли с приметами этностиля. Театр моды «Золотая шпилька» из якшур-бодьинской детской школы искусств продемонстрировал коллекцию, в которой элементами платьев стали… традиционные домотканые «бабушкины» половички. В комбинации со льном и даже кружевом детали из полосатых ковриков выглядели на редкость органично, театрально, обнаруживая чувство стиля и ироничность модельеров. В самом деле, коллекция получилась настолько необычной и цельной, что её показ публика приняла как отдельный спектакль.

Не менее захватывающее сценическое действо представил Театр моды «Квилт» Ижевского технологического техникума №28. В названии коллекции «Кантеле Рифея» её авторы – студенты ссуза – зашифровали культурные коды, которыми пользовались при создании костюмов. Как известно, кантеле – это музыкальный инструмент, распространённый в Карелии и Финляндии, а Рифеем античные историки называли Уральские горы. Вот и костюмы оказались смелой фантазией на мотивы финно-угорской мифологии. В цвете доминировали ослепительный белый и активный красный, каждый костюм баловал глаз богатством деталей и необычным кроем. Неудивительно, что авторы коллекции, студенты, стали лауреатами конкурса.

Этно в отрыве!

Номинация «Современный костюм» представляет особый интерес для публики. Именно здесь можно увидеть, как, внося в свой образ узнаваемые черты народного стиля, в наши дни можно выглядеть не старомодно, а, напротив, пикантно, оригинально и «продвинуто». Например, дизайнеры из студии «Эксклюзив» (д. Сигаево) предлагают дополнять классические чёрные трикотажные платья аксессуарами из яркого войлока. Модели в валяных жилетках, поясах, шляпках и шарфах выглядели так экстравагантно и стильно!

Творческое объединение «Радуга» (с. Алнаши) покорило и зрителей, и жюри коллекцией «Италмас», в которой модельеры щедро использовали ажурную вышивку «мережку». Тут не только полет вдохновения, но и высочайшая техника мастерства. За эту работу «Радуга» получила третье место.

Второе место завоевала студия этнической моды «Неофолк» (УдГУ) под руководством Любови Розенфельд. Работы студии хорошо известны не только в Удмуртии, но и за пределами республики. Юбки, сарафаны, блузы, аксессуары, представленные в коллекции, настолько живые, «сегодняшние», и при этом так надёжно и элегантно связаны с традицией, что их впору выпускать в серийное производство как образец прет-а-порте в стиле этно. И всё же первое место в номинации «Современный костюм» жюри отдало коллекции студии моды «Ева» Центра детского творчества Устиновского района г.Ижевска с дерзким и провокационным названием «Ой-ёй, или Валенки в отрыве». Казалось бы, валенки «осовременивали» уже столько раз, что ничего нового и придумать нельзя. Ижевский дизайнер Александр Пилин в своё время даже изготовил валенки на каблуках. Но молодой модельер студии «Ева» Елена Гурьева сделала валенки, обшитые мехом и тесьмой, отправной точкой для стиля всего костюма. Эти валенки «потребовали» для себя мягких свитерков ручной вязки цвета натуральной шерсти с наимоднейшей вышивкой красной шерстью, красных варежек и забавных шапочек. Кстати, эту коллекцию оценили уже и на всероссийском уровне: недавно «Валенки в отрыве» стали победителями конкурса художников-модельеров «Невские созвездия» в Санкт-Петербурге. На продажу вещи из коллекции студия не выставляла: у Центра детского творчества задачи не коммерческие, а воспитательные. Хотя руководитель студии Татьяна Овечкина говорит, что девушки возьмутся повторить модели для тех, кто очень хочет пополнить ими свой гардероб.

Одежда в контексте истории и искусства

Фестиваль-конкурс «Бабушкин сундучок» подтвердил, что с традицией модельеры Удмуртии работать умеют. А зрители в очередной раз убедились, что этномотивы придают современным вещицам неповторимое очарование. И всё же полностью задача фестиваля реализуется, когда модели с подиума попадут на прилавок.

Пока же национальный костюм как в аутентичной, так и в стилизованной форме востребован, в первую очередь, у профессиональных и самодеятельных коллективов, представляющих удмуртский фольклор. Однако сегодня сценическая жизнь национального костюма представляет довольно серьезную проблему. Нередко  на фольклорных фестивалях и конкурсах  разных уровней участники удмуртских фольклорных коллективов представляют  нелучшие образцы национального костюма, которые  изобилуют волюнтаризмом использования символов и знаков традиционной удмуртского культуры или иной раз не имеют ничего этнически узнаваемого. В числе основных причин такой ситуации можно назвать недостаточный уровень этнографических знаний специалистов или нечёткое определение  цели самопрезентации коллектива в поликультурном или моноэтническом пространстве.

Чтобы поставить перед современными исполнителями фольклора вопрос ответственного отношения к трансляции традиционной символики костюма, чтобы подчеркнуть остроту проблемы и наметить способы ее разрешения, Центр повышения квалификации работников культуры Удмуртской Республики провёл семинар «Национальный костюм удмуртов: сохранение и актуализация традиций». Адресатами и участниками семинара стали мастера декоративно-прикладного искусства, руководители самодеятельных  художественных коллективов, художники по костюмам учреждений культуры, музейные работники республики.

Слушатели семинара познакомились с исторической реконструкцией и этапами эволюции традиционного костюмного комплекса удмуртов, в том  числе, работая с подлинными экспонатами коллекции Национального музея им. К. Герда «Память веков» («Древняя и средневековая история края VIII тыс. до н.э. – XV в. Происхождение удмуртского этноса»).  Кроме того, они изучили особенности строения костюмного комплекса южных, центральных и северных удмуртов, бесермян.

Тема актуализации и современной интерпретации традиционного костюма была представлена на творческой встрече слушателей с участниками студии традиционного танца «Эктон корка»  (художественный руководитель Андрей Прокопьев), на занятиях по этностилистике, мастер-классе по разработке собственного эскиза одежды в этностиле. Работа студии «Эктон корка» была признана образцом корректного, ответственного отношения к использованию национального костюма в современном молодёжном коллективе. Впрочем, так же бережно участники студии относятся к песенному, музыкальному, танцевальному и обрядовому материалу, источником которого становятся серьёзные полевые экспедиции. Адекватной подаче фольклорного материала помогает комплексный подход студийцев к этнонаследию. Они не вычленяют из массива этнокультуры фольклорный или бытовой пласт, но воспринимают и ретранслируют все проявления традиционной культуры как самобытное материальное и духовное наследие  народа.

Также в рамках семинара состоялась презентация книги «Удмуртская национальная вышивка», которую провела научный сотрудник Республиканского архитектурно-этнографического музея-заповедника «Лудорвай» Серафима Лебедева. Для многих участников самодеятельных фольклорных коллективов материалы книги стали подлинным открытием: они обнаружили, что символика удмуртской декоративной вышивки не сводится к повторению символа восьмиконечной звезды, что она неизмеримо многообразна и оригинальна. Состоялась на семинаре и презентация мультимедиадиска «Традиционное ткачество Удмуртии», знакомящего с лучшими историческими образцами ткачества и рассказывающего о технологии и лучших современных мастерах.

Эффект семинара можно было оценить в последний день его работы. На мастер-классе по созданию этнокостюма семинаристы на практике применили все знания, полученные за эти дни.

Конечно, единственный семинар, как и первый республиканский фестиваль этномодельеров, не смогут кардинально изменить ситуацию. Важно, чтобы эти инициативы стали регулярными. Чтобы на научных и творческих площадках республиканского уровня проходила постоянная экспертная оценка сохранения и развития национального костюма в условиях технократического поликультурного общества. Только так традиция этнокостюма перестанет быть исключительно музейным достоянием и станет традицией, живой и развивающейся.

Виктория Суворова

Фото Анастасии Шуткиной

 

ЗДРАВНАЯ

Дом начала жизни

В Этнографическом музее под открытым небом «Торум Маа», что в Ханты-Мансийске,  можно увидеть различные постройки обских угров. Много лет назад сюда перевезли стойбище аганских ханты, затем построили зимнее стойбище северных манси, святилище обских угров и охотничью тропу. Жители и гости округа с большим интересом знакомятся с культурой и традициями коренных этносов. И у многих естественно возникает вопрос, как в таких суровых условиях появлялся на свет новый человек.

Тут бы сотрудникам музея и показать родильный дом обских угров – мансийский Манькол,  хантыйский Ай хот (с обоих языков переводится на русский как «маленький дом»), – познакомить посетителей музея с жизнью угорской женщины в уединении при родах и регулах, рассказать, какие обряды перехода проводились женщинами в этот период. Но такая возможность появилась у музейных работников лишь в последнее время. С распространением фельдшерско-акушерских пунктов и больниц исчезла необходимость пользоваться так называемыми родильными домами.

Чуть больше года назад такой домик появился в экспозиции музея – теперь посетители могут открыть для себя много интересного, непознанного, таинственного…
…Угорская женщина уходила в Манькол перед родами или менструацией. В этот период женщину по имени никто не называл, про неё говорили: «из маленького дома». В это время она считалась сакрально нечистой и одновременно более уязвимой для домашних духов. Поэтому для неё существовали строгие запреты. В это время женщине нельзя было присутствовать на жертвоприношениях, смотреть в сторону святого угла, где обитают домашние боги. Запрещалось есть мясо лося, медведя, брать вещи общего пользования, дотрагиваться до ловушек, прикасаться к мужчине и его одежде. Если она нарушала эти запреты, мужчине необходимо было провести обряд очищения – омовение и окуривание частей тела и вещей, к которым прикасалась женщина. Для этого разводили огонь, куда бросали кусок пихтовой коры или кусочек чаги, и стояли над дымом.

Вот как описывает «маленький дом» и обряд перехода женщины с младенцем в постоянное жильё у приуральских ханты представительница этого народа Л. И. Кондина (Серасхова). У приуральских ханты «маленький дом» называется Патлам хот («тёмный дом»). Он строился в виде небольшого чума без окон, чтобы свет не мешал роженице, пол в нём устилали еловым лапником или сеном. При родах присутствовала мудрая женщина Пукан анки  («перерезающая пуповину мать»), после родов Патлам хот разбирали, и женщина с ребёнком шла в основной дом. Примерно три-четыре недели они жили в углу дома у входа. Младенец всё это время находился в первой в его жизни берестяной люльке – Сун.

На третий день после родов приглашали женщину, которая умела определять, чья душа вселилась в ребёнка. Для этого на пол боком клали нож, на лезвие ставили люльку с младенцем, и женщина перечисляла имена умерших родственников по отцовской линии. Называла имя и поднимала люльку. Если люлька отрывалась легко, значит, имя не угадали, а если люльку приподнять сложно и нож прилипает к её дну, значит, душа этого человека вселилась в ребёнка. Иногда ребёнка делили несколько душ, он начинал плакать и капризничать – тогда обряд проводился снова.

 По прошествии положенного срока женщина и ребёнок проходили обряд очищения. Если родился мальчик, делали макет лодки или нарточки из коры ели или лиственницы. В макет помещали мерку для дроби и пороха, ножичек, которым перерезали пуповину. Если родилась девочка, из коры делали макет доски (Ёнтасты сохал) для раскройки и резки меха, в доску втыкали иголку, ставили напёрсток. Рядом помещали чагу и бобровую струю, поджигали, чтобы дом был окутан дымом. Здесь же ставили котелок с горячей водой, в которую опускали накалённый топор или камень, чтобы шёл пар, над которым очищается «роженица».

Затем следовал «крестный ход» – впереди шла женщина со своими родильными вещами, за ней следовала Алтам анки («несущая ребёнка мать»), следом Пукан анки, затем Перна анки («крёстная мать»). Трижды обходили вокруг котла и вещей. После убирали с котла камень (топор), над котлом тёрли пепел от бобровой струи и чаги, это так называемая «святая вода». Пукан анки макала нож в воду, а Перна анки опускала в воду крестик. После омовения в воде ребенка его укладывали в постоянную люльку – Онтап. Следом в этой же воде мылась и мать – это и есть обряд очищения. Вещи роженицы и временную люльку младенца собирали и уносили в лес, чтобы привязать на дереве отдельно друг от друга. «Весной прилетает ворона и смотрит по люлькам, висящим на деревьях, сколько младенцев родилось», - вспоминают информанты.

В окончании обряда женщины накрывали на стол, приглашали мужчин, которым во время ритуала присутствовать запрещено. Женщина одаривала крёстных матерей. В это же время ребенку давали имя: до обряда его называли по имени того, в кого он уродился – Ляксам. На следующий день мать придумывала ребенку личную хвалебную песню – Искантап, которая должна определить его судьбу.

Несмотря на непростую участь угорской роженицы, остаётся только сожалеть, что в наше время этот глубокий обряд проводится крайне редко.

Вячеслав Кондин,
начальник отдела духовной культуры
Этнографического музея под открытым небом «Торум Маа»
(г. Ханты-Мансийск)

Фото автора и Олега Митюшёва

ЭТНО-МЕНЮ

Кулинарные традиции Марий Эл

Своеобразие и ценность марийской национальной кухни состоит в использовании разнообразных даров природы и следовании принципам рационального питания. Словом, вкусно то, что полезно.

«Трёхэтажные» блины

Когда речь заходит о марийской национальной кухне, прежде всего  на ум приходят трехслойные блины – команмелна. В нынешний индустриально развитый век их ещё называют в шутку «трёхэтажными». Для настоящих мастериц испечь такой блин-красавец не составит большого труда, а вот тем, кто впервые берётся за это рукотворное «солнышко», приходится приложить усилия. Зато это одно из блюд, оставляющих хозяйке простор для творчества: его компоненты можно менять, всякий раз получая новый шедевр кулинарного искусства.

И ещё одна оговорка: самые красивые и вкусные команмелна получаются, если печь их в настоящей печи.

Для первого слоя: стакан ржаной или пшеничной муки, два яйца, соль по вкусу.

Для второго слоя: 3 ст. ложки овсяной муки или манной крупы, 2/3 стакана молока или простокваши, полстакана сметаны.

Для третьего слоя: 2 стакана овсяной крупы или хлопьев, стакан сметаны.

Для первого слоя готовится крутое пресное тесто из муки, яиц и соли. Оно раскатывается в тонкую лепёшку толщиной полтора-два миллиметра по размеру смазанной маслом сковороды и подпекается в печи до румяной корочки.

На неё наносится второй слой – густой, как сметана с мукой. Он тоже подпекается в печи до румяности.

Если для третьего слоя берется овсяная крупа, то её предварительно нужно вымочить часов восемь в сметане или растопленном сливочном масле. Если используются хлопья, такой подготовки не требуется. Иногда в верхний слой хозяйки добавляют творог. Третий слой кладётся в виде кашицы на второй и выпекается, пока не подрумянится.

Готовый трёхслойный блин – традиционно румяно-жёлтый, не толще 6-7 миллиметров. Он смазывается топлёным или сливочным маслом.

Суп мясной с лашкой

300-400 г  мяса (говядины или свинины) нужно нарезать на куски и сварить на небольшом огне. Пока оно варится, готовим лашку: в полтора стакана просеянной муки (ржаной, гречневой, пшеничной) добавляем 2 яйца, 2 ст. ложки воды, соль и замешиваем крутое тесто. Раскатываем его в жгутик, нарезаем на небольшие (5-7 мм) шарики.

Лашку и мелко нарезанные 2 головки репчатого лука кладём в суп и варим до готовности. В самом конце добавляем специи.

При подаче в тарелку кладем порубленную зелень и сметану.

Квас из клюквы или брусники

Марийские леса настолько богаты ягодами, что грех не использовать их в приготовлении полезных для здоровья напитков, отлично утоляющих жажду.

На 3,5 стакана клюквенного или брусничного напитка – 2 ст. ложки пшеничной муки, 0,5 ч. ложки сухих дрожжей, 1,5-2 ст. ложки сахара.

Промытую клюкву или бруснику отжать, сок оставить, а жмых сварить с сахаром, процедить и охладить. Добавить отжатый сок, дрожжи, муку и поставить для брожения.

Когда квас покроется густой пеной, его надо процедить через марлю, вылить в бутылку или банку, плотно закупорить и поставить в холодное место на одну-две недели.

Пить, добавив сахар или мёд.

Подготовила  Ольга Бирючёва

Фото Ивана Земцова

БИБЛИОТЕКА

При поддержке Министерства национальной политики Республики Коми  в рамках  целевой республиканской программы «Сохранение и развитие государственных языков» в 2008-2009 годах в Республике Коми вышел ряд изданий. Некоторые из них уже сейчас стали библиографической редкостью. Их ценность и востребованность отметили как специалисты, так и рядовые читатели. А коми «квесты» в сельской местности вполне конкурируют с популярными у подростков компьютерными играми.

Габова Е., Макарова Н. Дети древней земли. Повесть на русском языке / Е. Габова, Н. Макарова / Сыктывкар: ООО «Изд-во «Кола», 2008.

Главные герои повести – Настя и Митя – обычные коми ребятишки, живут в небольшой деревне, ходят в школу. Незаметно для себя с помощью взрослых они учатся понимать природу, людей, впитывают в себя богатейшую коми культуру.

Ош Микул да т?дысьл?н пасй?дъяс (Ош Микул и дневник колдуна). Компьютерная игра с элементами изучения коми языка [Электронный ресурс] / Министерство национальной политики Республики Коми. - Сыктывкар: «Мультимедиа проект», 2008.

«Ош Микул и дневник колдуна» – компьютерная игра с элементами квеста на коми языке. Проект является новым видом учебной продукции, которая предназначена школьникам и студентам, изучающим коми язык, а также тем, кто хотел бы овладеть разговорным коми языком с помощью инновационной методики.

Коми челядьлы антология: Медводдза неб?г. [сост. Е.В.Козлова]. – Сыктывкар: ООО «Анбур», 2009.

Литературно-художественное издание «Антология коми детской литературы» выпускается впервые. Антология будет состоять из трёх книг с самыми  лучшими произведениями коми писателей. В первой книге  представлены стихотворения, песни, рассказы и сказки для младшего школьного возраста.

Быдтор т?дны зiльысь Ошпи (Ошпи в стране знаний). Компьютерная игра с элементами изучения коми языка/ Министерство национальной политики Республики Коми. – Сыктывкар: «Мультимедиа проект», 2009.

Это уникальная образовательная программа для изучения коми языка, состоящая из интересных мини-игр. Путешествуя по виртуальному миру, ребёнок узнает новые коми слова, научится правильному произношению, сможет считать, отгадывать загадки и рисовать. Игра предназначена как для самостоятельного изучения коми языка, так и для проведения уроков. 

   

   



Возврат к списку



Перейти к обсуждению на форуме >>





Версия для слабовидящих

Финноугровидение

Онлайн-игра


Календарь событий
   
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
25 26 27 28 29 30 1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31 1 2 3 4 5


Документы финно-угорских мероприятий


Фотоальбом




Rambler's Top100


Главная | Новости | ФУКЦ РФ | Сообщество
Сайт находится в стадии информационного наполнения.
Ваши замечания и пожелания Вы можете оставить здесь.




© Филиал ГРДНТ им. В.Д. Поленова "ФУКЦ РФ", 2007-2017.
При использовании материалов
ссылка на сайт www.finnougoria.ru обязательна.
В оформлении сайта использованы работы Павла Микушева.
Республика Коми, г.Сыктывкар, ул. Ленина, д. 73,
тел./факс (8212) 440-340,
e-mail: fucult@finnougoria.ru