На главную страницу
Отправить сообщение
Карта сайта

Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация
 Войти  Регистрация













Календарь

Флотилия стихов Мартти Хюнюнена на рейде Мурманска

17.03.2011 14:50

В издательстве мурманского Просветительского центра "Доброхот" вышла в свет книга стихов финского поэта Мартти Хюнюнена "Безымянный остров камней" в художественном переводе Николая Колычева – первый в истории литературной России перевод книги финского поэта на русский язык.

Когда-то, в 1995, финский поэт Мартти Хюнюнен своими переводами познакомил соотечественников с мурманским поэтом Николаем Колычевым. Сегодня русские читатели открывают благодаря Колычеву поэзию Хюнюнена. При этом и сам переводчик открывается в ином ракурсе.

Наверное, читатели, внимательно отслеживающие творческий путь Николая Колычева, при виде этой книжечки воскликнут: "Наконец-то!". Действительно, этому изданию давно следовало появиться на свет Божий.

Еще в 1994-м на совещании в норвежском Харстаде русские и финские поэты договорились о совместном проекте двуязычных изданий (разумеется, "мотором" этой идеи был Виталий Семенович Маслов, Председатель Мурманского отделения Всероссийского фонда культуры и секретарь Мурманской областной организации Союза писателей России). В частности, предполагалось, что в первую очередь будут изданы тогдашняя новинка у финнов  — Martti Hynynen. Saari, nimeton luoto. — WSOY. Porvoo, 1991 и громко прозвучавший на Мурмане сборник стихов Николая Колычева "Звонаря зрачок". — Мурманск, 1993.

В 1995-м Мурманскому отделению Всероссийского фонда культуры удалось издать двуязычный сборник — стихи Николая Колычева в переводе Мартти Хюнюнена: Звонаря зрачок=Kellonsaitajan Silmotera (по подстрочнику Свена Локко).
Однако постперестроечная лихорадка в России не позволила издать опять-таки на российской издательско-полиграфической базе ответную книгу — стихи М. Хюнюнена в переводе Н. Колычева. После смерти Виталия Маслова (2001) единственный экземпляр рукописи с переводами Колычева был утрачен. Сохранились лишь единственные стихотворения, опубликованные в газете "Мурманский вестник" и журнале "Север".

Инициатором настоящего издания стал сам Николай Владимирович. Подстрочник был выполнен директором Печенгского краеведческого музея Вероникой Александровной Мацак (автор первого подстрочника Свен Локко скончался в 2008 г.).

Представляемый русском читателю финский поэт Мартти Хюнюнен родился в Рованиеми в 1952 году. В настоящее время живет в Тампере, работает в информационной службе Finnish Broadcasting Company, делая программы по Англии, Швеции, Норвегии, Дании, Германии. Его единственный пока сборник стихов 1991 года был издан в английском переводе Майка Хорвуда (Mike Horwood) в 2009-м в издательстве Cinnamon Press.

Над впитавшим в себя основные мощные потоки мировой культуры ХХ века Мартти Хюнюненом прошумели многие ветры влияний, увлечений, пристрастий. Помещенные им в начале каждого раздела сборника извлечения-эпиграфы из разных поэтов — это не просто банальная дань "школе". Это мини-манифесты созвучия его поэзии идеям Хорхе Луиса Борхеса, основателя авангардизма в латино-американской поэзии, Роберта Крили, одного их поэтических мэтров в США, модерниста и одновременно метафизика, англичан Уолтера Де ля Мара и крупнейшего метафизика Джонна Донна (Дана).

Взгляд Мартти Хюнюнена на мир определяет и выбор экспрессивных средств: экспериментальность в языке (особенно в синтаксисе, а также в лексике с антипоэтичностью языкового материала), новаторские средства выражения, символизм образов и сюрреализм ситуаций (стихотворение "Необыкновенные способности", например, видится как реминесценция картин Сальвадора Дали). И, разумеется, нерифмованный стих, не классический размер (не классический, скажем, по сравнению с силлаботоникой основателя современной финской литературы Алексиса Киви, XIX в.). И при этом еще и минимализм и лаконизм стиля. — При чтении Мартти Хюнюнена не раз вспоминаются классические японские хокку (хайку).

Вот с таким поэтическим миром, такой поэтикой имел дело Николай Колычев, занимаясь "перевыражением" стихов. Разумеется, Финляндия и Россия  — это не киплингские "Восток" и "Запад", им легче сойтись. Но и здесь при переводе были свои трудности: другая система стихосложения, инаковость стиховой кладки, да еще и разница в видении космоса, осмыслении своего места и предназначения в нем.

Для Николая, у которого главная тема творчества — Родина, Россия с ее гармонией противоречий, русская пронзительная боль за свою землю, а само стихосложение принципиально классическое, художественное переложение такого автора, как Мартти Хюнюнен, — в известной мере смелый эксперимент. Колычев признается, что такая поэзия ему не близка, но интересна своей философичностью и взглядом на жизнь.

В письме в издательство Николай пишет: "Конечно, это довольно вольный перевод, но в целом я, кажется, смог передать мысли и чувства автора и облечь их в ту форму, которую в России считают стихотворной. Любой российский Поль Элюар — разве что для очень изощренного читателя, никогда он не будет народным поэтом, как Рубцов или Есенин. Но если бы Есенин и Рубцов написали вольные стихи "из Элюара" (в своей манере), я думаю, эти стихи пришлись бы многим по душе, а тот же Элюар стал бы ближе широкому читателю". Как это характерно для русского поэта: "глаголом жечь сердца людей", да при этом на всей широте Святой Руси! Ни один из современных "измов" на Западе и близко не ставил свое целью подобное.

Отметим, что перевод сборника "Звонаря зрачок" был выполнен Мартти  Хюнюненом белым стихом. И сам финский поэт хотел видеть свои стихи в русском переводе не рифмованными, но вот как случается иногда со стихами при пересечении ими границ!

Какими пришли стихи Николая Колычева финскому читателю мы можем судить по обратному переводу с финского на русский, любезно сделанным для нашего издания известным карельским поэтом и переводчиком Армасом Мишиным.

Стихотворение Н. Колычева:

Не много сделал я хорошего,
Но в сердце, в самой глубине,
Есть незабудка — память прошлого,
А, значит, есть душа во мне.

И вера есть. И в ней не дрогну я.
Россия — мой пречистый Спас.
Я свято верю в жизнь загробную —
В жизнь тех, кто будет после нас.

Не дай мне стать самодовольным,
Терпеть и подлость, и вранье...
Пусть с этой верой жить мне больно,
Больнее — потерять ее.

Перевод М. Хюнюнена:

Не очень-то много я сделал хорошего,
но в моем сердце, на самом его донышке,
есть цветок любви — память о прошлом.
Значит, во мне есть душа.

И вера есть. И ничто меня не поколеблет.
Россия — мое спасение, светлейшее из светлых.
Я свято верю в жизнь после смерти —
в жизнь тех, кто придет после нас.

Не дай мне придти к самодовольству,
терпеть предательство и ложь.
Хотя жить в этой вере больно,
гораздо больнее ее утратить.

Теория перевода не знает художественных переводов без утрат. В классическом лермонтовском переводе "Сосна" из "Книги песен" Г. Гейне видят, например, существенный недочет, что Лермонтовым снято противопоставление — напряжение  — взаимопритяжение между ein Fichtenbaum (м. р.) и eine Palme (ж. р.).
Напротив, существует два десятка версий переводов знаменитой "Песни без слов" (Il pleure dans mon coeur) П. Верлена, но фактом русской поэзии стали не изумительно точные переводы И. Эренбурга, Д. Ратгауза, А. Гелескула, а довольно вольный перевод Бориса Пастернака "Хандра" ("И в сердце растрава"). Можно вспомнить, что Самуил Маршак, переводя сонеты В. Шекспира, перенес их в стихию русского романтизма, а Пастернак, занимаясь теми же сонетами, дал их в поэтической традиции русского сонета.

Приступая к переводам финского поэта, Николай Колычев уже имел некоторый переводческий опыт: перелагал с удмуртского языка стихи своего друга Эрика Батуева. Николай понял, что надо "вцепиться" в стихе в главное, а потом — потянуть ниточку... Русский читатель, имея в "Безымянном острове камней" перед глазами подстрочник, может лишний раз войти в "лабораторию Мастера", увидеть, как словом приручаются вещи, как неожиданно вырастает образ в стихах.

При этом определенные формальные требования для функционального художественного перевода в издании соблюдаются. Так, первоначальное милое масловскому сердцу диалектное, северно-русское поморское название сборника "Подводные луды" (луда — каменистая отмель; невысокий каменный островок; подводный камень) была заменено на стилистически нейтральное, как и в оригинале, "Безымянный остров камней". Следуя этим же требованиям, в издании не даются переводы иноязычных вставок, что уравнивает русского и финского читателей.

Итак, годами шедшая к кольским берегам флотилия стихов финского автора сегодня под парусами русского поэта на рейде Мурманска.


  

Возврат к списку







Архив публикаций
   
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6


Фотоальбом




Rambler's Top100


Главная | Новости | ФУКЦ РФ | Сообщество
Сайт находится в стадии информационного наполнения.
Ваши замечания и пожелания Вы можете оставить здесь.




© Филиал ГРДНТ им. В.Д. Поленова "ФУКЦ РФ", 2007-2018.
При использовании материалов
ссылка на сайт www.finnougoria.ru обязательна.
В оформлении сайта использованы работы Павла Микушева.
Республика Коми, г.Сыктывкар, ул. Ленина, д. 73,
тел./факс (8212) 440-340,
e-mail: fucult@finnougoria.ru