На главную страницу
Отправить сообщение
Карта сайта

Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация
 Войти  Регистрация













Календарь

Первая глава. Калевала. Рождение Вяйнямёйнена



Карельские, ижорские и финские мифы

КАЛЕВАЛА

Рождение Вяйнямёйнена

В бесконечных просторах Вселенной обитала любимая дочь воздуха ? прекрасная Ильматар. Скучно ей стало жить одной в пустом пространстве, возжелало ее сердце любви. Спустилась Ильматар к морю, склонила свое прекрасное лицо над его прозрачной гладью. В этот миг налетел с востока сильный ветер, море помутилось, вздыбилось высокими, покрытыми седой гривой пены волнами. Волны подхватили Ильматар и закачали ее на своих хребтах, точно младенца в колыбели. От могучего ветра, от вечно шумящего моря понесла Ильматар плод в своем чреве. Целых семьсот лет ждала она рождения ребенка, но роды не наступали: кто не был зачат, не мог и родиться. В тяжких муках металась Ильматар, носимая волнами, и наконец взмолилась к верховному богу Укко:

? О великий Укко, отец наш небесный! Нет больше сил моих терпеть эти муки, смилуйся, приди на помощь! Ах, зачем я, несчастная, не осталась в обители отца моего, в бесконечном пространстве неба!

Внял Укко отчаянной мольбе дочери воздуха: через мгновение Ильматар увидела в небе необыкновенной красоты утку; гордо подняв голову, величаво раскинув могучие крылья, она приближалась к Ильматар, ища место для гнездовья и не находя его среди нескончаемого морского простора. Подняла Ильматар из воды колено, и прекрасная птица с готовностью опустилась на него, приняв за выступающий из моря островок суши. Чудесная утка свила себе гнездо и снесла семь яиц ? шесть золотых и одно железное. Два дня высиживала утка яйца, нагревая колено Ильматар; на третий день жар стал нестерпимым, и воздушная дева непроизвольно качнула коленом. Яйца упали в воду и разбились. Но содержимое их не погибло: в глубине моря оно чудесным образом преобразилось, и из нижней части яйца возникла мать сыра земля, а верхняя превратилась в небесный свод; желток стал светлым солнцем, а белок ? ясным месяцем; из пестрой части яйца появились сверкающие звезды, а из темной ? угрюмые тучи.
Прошло еще девять лет. Все это время Ильматар по-прежнему качалась на волнах, но теперь перед ее глазами уже не было прежнего унылого в своем однообразии воздушного пространства. Дочь воздуха могла любоваться восходами и закатами, движением созвездий и сменой фаз луны. Наконец на десятый год Ильматар вдруг ощутила в себе прилив могучей творческой энергии. Повинуясь какому-то безотчетному стремлению, она подняла из воды голову и принялась заполнять окружавший ее мир. По одному мановению ее руки возникала линия берега с мысами, бухтами и прибрежными скалами; там, куда она становилась ногой, дно моря уходило далеко вглубь, и в образовавшемся пространстве тут же начинали весело суетиться беззаботные стайки рыб. Мир вокруг Ильматар преобразился, засверкал яркими красками, наполнился жизнью и разнообразием.

Между тем дитя Ильматар все еще не могло появиться на свет. Долгих тридцать лет вещий Вяйнямёйнен блуждал во чреве матери; наконец терпение его иссякло и воззвал он к месяцу, солнцу и звездам:

? Вы, великие небесные светила! Сколько же мне еще томиться в этом темном и тесном месте?! Дайте же мне наконец свободу, чтобы я мог вас увидеть!

Но далекие светила остались равнодушными к стенаниям Вяйнямёйнена. Тогда с отчаяния вещий певец ударил мизинцем левой ноги в материнское лоно и, сломав костяной замок, выполз наружу. Упал в море Вяйнямёйнен, и после восьми лет блуждания по волнам его вынесло на безлесный берег. Медленно, неуверенно поднялся Вяйнямёнен на ноги и, запрокинув голову, с ликованием увидел над собой месяц и звезды.

Первые труды Вяйнямёйнена

Оглядевшись по сторонам, Вяйнямёйнен принялся обустраиваться на новом месте. Перво-наперво надо было засеять землю. Но кто поможет ему в этом новом, неведомом ему деле? Одному Вяйнямёнену не справиться. Вещий разум подсказал ему мысль о Сампсе Пеллервойнене, трудолюбивом сыне поляны. По всей стране Сампса умело и прилежно сеет разные полезные и красивые растения, сообразно с особенностями местности: на скудной каменистой почве ? неприхотливые сосны, на холмах ? раскидистые ели, на полянах ? вереск, по берегам рек ? дубы. Захотелось Вяйнямёйнену поглядеть на плоды труда Сампсы. И что же он видит? Все посеянные им растения растут как на дрожжах, один только дуб упрямо не желает идти в рост. Целую неделю Вяйнямёйнен терпеливо дожидался, когда из земли проклюнется росток дуба, да так и не дождался. Тогда из моря вышли четыре девы, стали они косить луг на мысу, сгребать сено в копны. После дев из морской пучины появился богатырь Турсас. Он поджег сено и, когда оно превратилось в пепел, положил в него лист и дубовый желудь. Поднялся из желудя зеленый побег, который вскоре превратился в огромный развесистый дуб; вершина его достигала неба, широкие ветви мешали проходить облакам, а густая листва закрывала солнце и луну. «Нехорошо это, ? озадаченно задумался Вяйнямёйнен. ? Что за жизнь без света солнца и сияния месяца? И людям тоска, и рыбе не найти в глубине дорогу. Вот бы срубить этот дуб! Да только кому ж это под силу?! Не найти окрест такого богатыря. Придется, видно, мне... Матушка родная, пошли мне силы сладить с проклятым деревом!»

Только произнес Вяйнямёйнен эти слова, как из моря вышел человечек ростом с палец. С головы до ног он был одет во все медное: медная шапка, медные сапоги, медные рукавицы, на медном поясе висел топор, тоже медный. «Что за чудо? ? подивился Вяйнямёйнен. ? По сложению богатырь, а ростом малютка». С сомнением обратился он к пришельцу:
? Да точно ли тебе по плечу такое дело? В тебе ведь силы что в мертвом!
? Не по виду суди, а по делам, ? гордо отвечал малютка. ? Я и есть тот богатырь, который тебе нужен.
? Ну, это вряд ли, ? улыбнулся Вяйнямёйнен, которого нисколько не убедил уверенный тон человечка. Но тут улыбка застыла на его устах.

Прямо на глазах малютка стал увеличиваться в размерах. Он рос, рос, пока не превратился в великана, головой касавшегося туч. Наточив топор, великан не торопясь, вразвалку подошел к дубу и ударил топором в его основание. С лезвия топора посыпались искры, а из трещины в коре стали вырываться языки пламени. Великан нанес еще удар, затем еще один. После третьего удара исполинский дуб затрещал так, что задрожала земля, и повалился на землю. Великан очистил ствол от верхушек и веток и положил его верхней частью к восток, а вокруг разбросал к западу верхушки, к югу и северу листья и ветки.

? Кто поднимет ветку этого дерева, обретет счастье, ? наставительно изрек удивительный дровосек, ? кто возьмет себе верхушку, станет мудрым и сможет творить разные чудеса, ну а если кто срежет листьев, в его сердце поселится любовь.
После того как великан завершил свою работу, вся поверхность моря возле берега была усеяна щепками и обломками дуба. Гонимые ветром волны отнесли их далеко на север, в страну Похъёла. Там девушка, стиравшая белье на берегу, подобрала одну из щепок и отнесла домой, где ее отец сделал из нее лук и стрелы, обладавшие волшебной силой.
Как только дуб был срублен, снова ярко засияло солнце, разогнав туман, окутавший окрестности, всюду поднялись шумящие густой листвой леса и рощи, наполнились пением птиц и россыпями цветов и ягод. Только хлеб пока не рос на земле.

Озабоченный этим обстоятельством, Вяйнямёйнен в тягостных раздумьях прохаживался вдоль берега, как вдруг увидел на отмели семь зерен. Подобрав их, Вяйнямёйнен пошел на поляну Осмо, расположенную на берегу речки Калевалы, чтобы засеять землю. Но синица своим пением предупредила его, что ни ячмень ни овес не взойдут, пока не будет расчищено от леса поле. Вооружился Вяйнямёйнен топором и принялся рубить лес. Только березу оставил он нетронутой, чтобы было где отдыхать птицам. Прилетел орел и, узнав об этом предусмотрительном поступке Вяйнямёйнена, похвалил его за заботу о птицах. В награду орел высек своим клювом огонь, который выжег рощи и леса по всей округе. Теперь было где сеять хлеб, теперь обитателям Калевалы можно было не бояться голодной смерти. Посеял Вяйнямёйнен найденные им зерна и обратился к богу Укко с просьбой о дожде. Со всех сторон света наползли сизые тучи, и хлынул дождь. Высоко поднялись колосья, золотым морем зашумели они от края до края поля. Радовался старый Вяйнямёйнен, глядя на это изобилие и слушая песню кукушки, куковавшей на оставленной им нетронутой березе.

Вяйнямёйнен обретает мудрость

Безмятежно текла жизнь Вяйнямёйнена в стране Калевала. Проводя дни в мирном труде на земле, он пел песни. Вяйнямёйнен и сам не смог бы сказать, откуда к нему пришел этот чудесный дар, только песни так и лились из него помимо его воли. Вся мудрость мира была заключена в песнях Вяйнямёйнена: о делах седой старины, о сути и происхождении вещей поведали они людям. Теперь это знание уже давно утрачено. Далеко разнеслась слава о великом песнопевце, достигла она даже далекой северной Похъёлы.
Жил в Похъёле молодой лапландец по имени Ёукахайнен, любивший слагать песни. Услышал он, с каким восхищением отзываются люди о певце из далекой Калевалы, и проникся завистью к Вяйнямёйнену. У него сразу возникло желание померяться силами с соперником. Он покажет этому заносчивому южанину, кто величайший на свете певец! Напрасно отговаривала мать Ёукахайнена от поездки в Калевалу: «Околдуют тебя там, погубят», ? говорила она ему. Ничего не желал слушать самоуверенный юнец; запряг он лихого коня в золотые сани, щелкнул кнутом с жемчужной ручкой и что было мочи поскакал в Калевалу.

На узкой лесной дороге ему повстречался старик с длинной седой бородой. Не пожелал гордый Ёукахайнен уступить дорогу старцу, столкнулись сани, сцепившись оглоблями, затрещали ломающиеся хомуты.

? Кто ты такой, что несешься как безумный? ? строго спросил Вяйнямёйнен (стариком, которого повстречал Ёукахайнен, был не кто иной, как он). ? Ты зачем сломал мои сани?
Дерзко взглянул на Вяйнямёйнена лапландец.

? Я молодой Ёукахайнен из Похъёлы, ? важно сказал он. ? А ты-то сам что за птица?
Назвал себя Вяйнямёйнен и степенно, сдерживая гнев, который возбудил в нем высокомерный тон лапландца, добавил:

? Посторонись-ка, юноша, уступи старшему дорогу.
? Не в годах достоинство человека, а в мудрости, ? отвечал Ёукахайнен. ? Так ты и есть знаменитый Вяйнямёйнен? Тем лучше: ты-то мне и нужен. Испытаем же наше искусство; чья песня окажется лучше, тот и займет дорогу.
? Что ж, будь по-твоему, ? согласился Вяйнямёйнен. ? Поделись со мною своей мудростью. Я ведь человек темный, кроме этого леса ничего в жизни не видел.
Рассказал ему Ёукахайнен, как устроен дом, где обитают рыбы, где лучшие леса и самые высокие водопады, в каких краях пашут на оленях, а где для этой цели используют лошадей и быков.
? И это вся твоя мудрость? ? презрительно сказал Вяйнямёйнен. ? Это истины простые; ты вскрой суть вещей, объясни их происхождение, вот тогда я скажу, что ты действительно мудр.

Снова заговорил Ёукахайнен, но опять все, что он мог рассказать, были общеизвестные, обыденные истины. Чувствуя, что мудрости в его словах и впрямь немного, лапландец под конец заявил, что это он сотворил землю, небесный свод со светилами и морские глубины. Когда же Вяйнямёйнен уличил его во лжи, обозленный Ёукахайнен предложил ему решить спор поединком на мечах.
? О такого негодного человека и меч марать противно, ? с презрением бросил Вяйнямёйнен. ? Не буду я с тобой биться.
? Ну так я превращу тебя в свинью и упрячу в хлев, ? злобно прошипел Ёукахайнен. ? Там тебе самое место.

В страшный гнев пришел Вяйнямёйнен от такого неслыханного оскорбления. Он запел. При первых же звуках его песни забурлили озера, задрожали горы, покатились вниз камни с треснувших скал и утесов: так велика была сила искусства седовласого певца. Сани Ёукахайнена обвились цветущими зелеными ветками, кнут превратился в стебель камыша, его белолобый конь обернулся скалой у водопада. Схватился было лапландец за свой золотой меч, но тот выскользнул у него из рук и, взмыв ввысь, сверкнул молнией на небе; потянулся Ёукахайнен к раскрашенному луку, но лук встал радугой над морем, а стрелы из его колчана превратились в стаю ястребов и улетели прочь. А Вяйнямёнен все пел, и вот уже шапка и куртка хвастуна висят в небе облаками, пояс протянулся созвездием, а сам Ёукахайнен постепенно уходит под землю, в болотистую трясину, вот он погрузился уже по плечи; лапландец отчаянно хочет высвободиться, но руки и ноги намертво вросли в камень. Смертельный ужас охватил Ёукахайнена, стал молить он Вяйнямёйнена о пощаде.

? А какой ты дашь выкуп? ? поинтересовался старый чародей, прервав могучее пение.
Ёукахайнен поочередно предложил ему два лука, две лодки, двух коней, золото, серебро, хлеб и поля, но Вяйнямёйнен отверг все, заявив, что такого добра у него самого в изобилии. Снова и снова заводил свою песню седой кудесник, все глубже и глубже погружался дерзкий юнец в трясину.
? Я отдам тебе в жены свою сестру Айно, ? с трудом проговорил Ёукахайнен, у которого рот был уже забит мхом и землей. ? Будет кому вести твое хозяйство: мести дом, стирать одежду, печь медовые лепешки.
Радостью наполнилось сердце старого Вяйнямёйнена. Сев на камень, он трижды пропел заклинание, и все стало как было; Ёукахайнен вылез из болота. Не говоря ни слова, он уселся в сани и поспешил восвояси, подальше от этого страшного своей волшебной силой старика.

Сватовство Вяйнямёйнена

В самом мрачном расположении духа возвращался Ёукахайнен домой. На бешеной скорости ворвался во двор, с такой силой ударившись об овин, что сани сломались. Родители в печальном недоумении взирали на душевное состояние сына. Вбежав в избу, рухнул Ёукахайнен на лавку, закрыл лицо руками и горько заплакал. С большим трудом допыталась мать, чт? так сильно расстроило ее мальчика, а уразумев, в чем дело, радостно захлопала в ладоши.

? Что ты плачешь, глупенький, ведь это прекрасно! О таком зяте можно только мечтать. Это же сам знаменитый Вяйнямёйнен!
Услышала эти слова в своей комнате Айно и залилась слезами: очень уж ей не хотелось выходить замуж за старика.
Как-то Айно пошла в лес нарезать веток для веников. Когда она возвращалась домой, из чащи ей навстречу вдруг вышел высокий статный старик с длинной седой бородой и пронзительным, сверкающим взором. Сердце Айно екнуло: она сразу поняла, что это и есть ее немилый нареченный.
? Для кого ты надела это нарядное платье, Айно? ? ласково заговорил с ней Вяйнямёйнен. ? Для кого украсила себя этим жемчужным ожерельем, так красиво заплела косы? Не наряжайся для другого, Айно, подари мне свою красоту. Я полюбил тебя, едва впервые услышал о тебе.
? Ни для кого я себя не украшаю, славный Вяйнямёйнен, ? еле слышно ответила смущенная девушка. ? Я девушка простая, милее всего мне родительский дом. Не мучь меня, ни от кого мне ничего не нужно, только оставьте все меня в покое!
В сердцах Айно сорвала ожерелье, швырнула его в траву и в слезах убежала домой. Напрасно родные утешали девушку, рассказывая ей о том, какие радости ожидают ее в семейной жизни, суля богатые подарки: Айно была безутешна. На рассвете, когда все в доме еще спали, она тихо вышла из дома и, со слезами оглянувшись в последний раз на родное гнездо, углубилась в лесную чащу. Три дня Айно брела не разбирая дороги, пока не вышла на берег моря. Села девушка на камень и горько плакала до самого утра. А в первых лучах рассвета увидела трех прекрасных дев, легко скользивших по волнам. «Вот бы и мне так», ? мелькнуло в ее затуманенном страданием и усталостью сознании. Медленно, словно во сне, Айно поднялась с камня, сбросила одежду и вошла в воду. Впереди блестел одинокий утес. Вот бы доплыть до него и наконец отдохнуть, сбросить эту мучительную усталость, эту нестерпимую душевную боль... Все ближе и ближе каменная макушка утеса, вот уже Айно может дотянуться до него рукой... Но едва девушка схватилась за отполированную волнами поверхность камня, как скала опустилась под воду, увлекая за собой несчастную обессилевшую Айно. «Матушка... батюшка... братик милый», ? успела она шепнуть, прежде чем воды сомкнулись над ней.
Печальная весть о трагической гибели Айно дошла и до Вяйнямёйнена. Дни и ночи напролет оплакивал старец свою несостоявшуюся любовь. Немного успокоившись, Вяйнямёйнен отправился на берег моря и стал звать бога сна Унтамо:
? Спящий Унтамо, где мне найти дев Велламо, дочерей морского бога Ахто?
? На острове, скрытом туманом, ? подобно дуновению ветра, прошелестел сквозь сон Унтамо, ? в глуби вод, под полосатой скалой найдешь ты дев Велламо.
Взял Вяйнямёйнен рыболовные снасти, сел в лодку и поплыл к туманному острову. Закинул вещий старец удочку и на рассвете выловил семгу. С удивлением разглядывал Вяйнямёйнен диковинную добычу: не приходилось ему прежде видеть такую рыбу, ведь в этим местах водились лишь сиги да щуки. Достал нож Вяйнямёйнен, чтобы разделать рыбу, как вдруг она затрепетала, забилась в его руках и, выскользнув, упала в воду. Подняла рыба голову из воды, печально поглядела на Вяйнямёйнена и произнесла человеческим голосом:
? Не затем я, старый Вяйнямёйнен, поселилась в море, чтобы ты приготовил меня на завтрак. Я не семга, а твоя невеста, Айно. Ты желал меня всю жизнь, а вот поймать не сумел. Бедный, неумелый старик!
? Вернись ко мне, Айно! ? с мольбой воскликнул Вяйнямёйнен.
Нечего не ответила чудесная рыба, молча скрылась в глубине моря. Озадаченный Вяйнямёйнен немного подумал, потом закинул сеть и потащил ее от одного берега к другому. Много разной рыбы поймал седовласый рыболов, но не было среди нее той единственной, обладать которой он жаждал всем сердцем, ? светлой девы Велламо, его прекрасной Айно.
Жестоко клял себя Вяйнямёйнен по пути домой. Он сам погубил свое счастье, не будет теперь у него утешения в старости. Стенания Вяйнямёйнена пробудили его мать, воздушную деву Ильматар. Из могилы она обратилась к нему и посоветовала сыну искать невесту в северной стране Похъёла.

Месть Ёукахайнена

Вяйнямёйнен отправился в далекий путь. Не знал он, что на дороге его подстерегает пылающий жаждой мести Ёукахайнен. Сильнее прежнего ненавидел седого певца юный лапландец: ведь к позору поражения теперь добавилась скорбь по сестре, в гибели которой Ёукахайнен винил Вяйнямёйнена. Лелея мечту о мести, Ёукаханен изготовил новый прекрасный лук из железа, меди, золота и серебра и стрелы, которые пропитал змеиным ядом; сам злой дух Хийси дал ему воловьи жилы для тетивы. Мать Ёукахайнена заметила приготовления сына, и после расспросов тот неохотно признался ей в своих замыслах. Стала мать отговаривать Ёукахайнена:
? Не убивай Вяйнямёйнена, сынок, ведь если умолкнет его песня, из мира исчезнет радость.
Заколебался Ёукахайнен, он почувствовал, что какая-то часть его души противится его намерению. Но вспомнив о сестре, он твердо решил, что Вяйнямёйнену не быть в числе живых.
Целую неделю поджидал Ёукахайнен свою жертву у берега моря. Наконец он увидел вдалеке знакомую фигуру с развевающейся на ветру седой бородой, верхом на коне, и злобная радость переполнила его сердце. Натянув лук, он торопливо прошептал заклинание и выпустил стрелу, за ней другую; лишь третьей стрелой Ёукахайнен смог поразить коня Вяйнямёйнена. Свалился седой певец в воду, и волны понесли его в открытое море. Ёукахайнен издал торжествующий крик: наконец-то он одолел своего заклятого врага! Мать же Ёукахайнена осудила поступок сына.

Вяйнямёйнен в гостях у хозяйки Похъёлы

Восемь дней Вяйнямёйнена носило по морю, словно отломанную ветку. На девятый день старец совсем пал духом и отчаялся. Вдруг он увидел орла, летевшего со стороны Лапландии. Подлетел орел к Вяйнямёйнену и спрашивает, что он делает на волнах. Поведал ему Вяйнямёйнен о приключившемся с ним несчастье.
? Не печалься, ? отвечал орел. ? Садись ко мне на спину, я отнесу тебя куда захочешь. Ведь и ты сделал для меня добро: мне тоже приходилось отдыхать на березе, которую ты оставил для нас, птиц.
Отнес орел Вяйнямёйнена в суровую страну Похъёлу и оставил в прибрежном ивняке. Заплакал старец: как ему найти дорогу из этого дикого чужого края? Три дня и три ночи плакал Вяйнямёйнен; наконец его плач услышала служанка хозяйки Похъёлы и рассказала своей госпоже. Села хозяйка Похъёлы в лодку, поплыла на звук плача и, найдя Вяйнямёйнена, привезла его к себе домой. Целую неделю старуха Лоухи выхаживала обессилевшего гостя; когда же Вяйнямёйнен полностью поправился, приступила к нему с расспросами. Узнав, что Вяйнямёйнен жаждет вернуться домой, Лоухи принялась уговаривать его остаться в Похъёле:
? Хорошая будет у тебя здесь жизнь: каждый день будешь есть и семгу и свинину, все, что ни пожелаешь.
? На родине и черный хлеб вкуснее, чем мед в драгоценном сосуде ? на чужбине, ? отвечал Вяйнямёйнен.
Поняв, что ее уговоры бесполезны, хозяйка Похъёлы сказала:
? Хорошо, я помогу тебе вернуться домой, только не бесплатно. Ни золота, ни серебра мне не нужно. А скуй мне Сампо, чудесную мельницу с пестрой крышкой. Тогда я не только отвезу тебя на родину, но и дам свою дочь тебе в жены.
? Не смогу я сковать Сампо, ? отвечал Вяйнямёйнен. ? Но, когда вернусь домой, я пришлю к тебе Ильмаринена. Он кузнец какого еще не бывало, настоящий мастер своего дела. Вот он точно сможет выковать для тебя Сампо.
? Смотри же: дочь я отдам лишь тому, кто скует мне Сампо.
Запрягла хозяйка Похъёлы гнедого коня в сани, посадила в них Вяйнямёйнена и простилась с гостем, предупредив напоследок, чтобы до наступления вечера он ни в коем случае не глядел на небо.

Второе сватовство Вяйнямёйнена

Совсем недалеко отъехал Вяйнямёйнен от дома хозяйки Похъёлы, как услышал над головой странный звук, напоминавший жужжание челнока ткацкого стана. Забыв предупреждение Лоухи, он непроизвольно поднял голову и увидел сидевшую на радуге прекрасную девушку в белоснежном платье, которая ткала золотую одежду.
? Милая дева, садись в мои сани, ? ласково сказал он девушке.
? Зачем же мне садиться в твои санки? ? звучным мелодичным голосом спросила чудесная незнакомка.
? А затем, чтобы жить в моем доме, печь хлебы с медом, петь песни сидя у окошка. Будь моей женой, прекрасное создание, ты мне сразу полюбилась.
? Девушка в родительском доме точно ягодка в поле, а жена при муже как собака на цепи, ? возразила дева.
Вяйнямёйнен продолжал упрашивать; наконец девушка согласилась, но захотела сперва испытать жениха. Сначала она потребовала, чтобы Вяйнямёйнен разрезал волос ножом без острия и завязал яйцо в узел таким образом, чтобы узел не был виден. Вяйнямёйнен легко справился с этим заданием. Тогда девушка захотела, чтобы он выточил изо льда жердинки, да так, чтобы с него не слетела даже пылинка. И это дело не вызвало затруднения у мудрого старца. Напоследок прекрасная пряха пожелала получить лодку, сделанную из обломков ее веретенца. Три дня не переставая работал Вяйнямёйнен, но не желал злой дух Хийси, чтобы вещий певец получил в жены прекрасную деву. Ударил он по топору Вяйнямёйнена так, что тот вылетел из рук старца, врезался в скалу и, отскочив от нее, вонзился Вяйнямёйнену в колено. Ручьем полилась кровь. Стал Вяйнямёйнен вспоминать заклинание для унятия крови, да не смог этого сделать. Пришлось ему отправиться на поиски человека, умеющего останавливать кровь. В две двери без толку стучал Вяйнямёйнен, лишь в третьем доме нашел он старика, который знал нужное заклинание. Когда Вяйнямёйнен рассказал старику о происхождении железа, тот заговорил нанесенную этим железом рану, и кровь перестала течь. Поблагодарил Вяйнямёйнен старика и продолжил свой путь.

Сотворение Сампо

На третий день Вяйнямёйнен подъехал к речной переправе на границе Калевалы. Там, на другом берегу, уже родная земля... Радостью зацвела душа вещего старца; от переполнявших его чувств он запел. Сила его песни вырастила золотую елку высотой до неба, на вершине которой сиял светлый месяц, а на ветках повисло созвездие Большой Медведицы. Вдруг Вяйнямёйнен умолк и помрачнел. Он вспомнил, что его возвращение оплачено свободой другого: великий мастер, вековечный кователь Ильмаринен должен стать заложником за него в далекой неприветливой Похъёле. Вышел из расписных саней Вяйнямёйнен, пошел прямо в кузницу Ильмаринена, из которой доносились громкие удары молота. Радушно приветствовал старца искусный мастер, стал расспрашивать о причине его долгого отсутствия. Рассказал ему Вяйнямёйнен о своей поездке, затем скрепя сердце поведал и об обещании, которое он дал Лоухи. Наотрез отказался Ильмаринен променять свою кузницу на жилища туманной Похъёлы. Тогда Вяйнямёйнен предложил ему пойти посмотреть на золотую ель. Залюбовался Ильмаринен чудесным созданием.
? Полезай наверх, достань месяц и звезды, ? предложил Вяйнямёйнен, ? они твои.
Не смог Ильмаринен противиться искушению, полез на елку.
? Ну и простодушный же ты: пустой призрак принимаешь за месяц и созвездие, ? молвило ему чудесное дерево.
В этот миг во весь голос запел Вяйнямёйнен: призывает он ветер, велит ему нести Ильмаринена в Похъёлу. И действительно, неведомо откуда налетела буря, закрутился бешеный вихрь; он подхватил Ильмаринена и понес его воздушной дорогой, между луной и месяцем, прямо во двор хозяйки Похъёлы. Как дорогого гостя приняла Ильмаринена старая, беззубая Лоухи, накрыла богатый стол, велела дочери надеть лучшие одежды и украшения. Согласился наконец Ильмаринен исковать Сампо для хозяйки Похъёлы.
Приступая к работе, Ильмаринен обнаружил, что в Похъёле не знакомы с кузнечным ремеслом и здесь нельзя найти необходимых инстументов. Но разве это обстоятельство могло остановить такого великого мастера? Нашел Ильмаринен подходящий утес, на его вершине поставил он кузницу, сам изготовил и мехи и наковальню. Всем необходимым для работы снабдила его хозяйка Похъёлы: рудой, чтобы бросить в горнило, рабами, прилежно раздувавшими мехи. Три дня и три ночи не отходил Ильмаринен от наковальни, каменными мозолями покрылись его ладони и пятки, а все не получалось у него исковать Сампо. То выйдет лук, жаждущий сеять смерть, то лодка, сама собой рвущаяся в сражение, то корова, изливающая свое молоко на землю, то явится со дна горнила соха, имеющая свойство запахивать чужие поля. Ничто из выходившего из-под его молота не удовлетворяло Ильмаринена, каждое новое свое произведение он безжалостно бросал в огонь, из которого оно вышло, и лишь неистовее стучал своим молотом по наковальне; ветры со всех четырех сторон света раздували ему мехи. Лишь на третий день, нагнувшись в очередной раз над горнилом, Ильмаринен увидел на его дне пеструю крышку Сампо. С удвоенной энергией застучал кузнец молотом, и вот уже вертится пестрая крышка Сампо, одним боком мелет муку, другим боком ? соль, третьим ? деньги, несет людям достаток и процветание. Не знает устали чудесная мельница, теперь хлеба хватит и для себя, и на продажу, и попировать на славу.
Рада была хозяйка Похъёлы; в медной горе, за девятью замками, на глубине девяти сажен спрятала она от посторонних глаз свое Сампо, свое великое сокровище.
? Вот, хозяйка, я дал тебе то, что ты просила, ? кротко сказал Лоухи Ильмаринен. ? Отдашь ли ты мне теперь девицу?
Прежде чем старуха успела ответить, в разговор вмешалась сама девушка. Нет, не променяет она родительский дом на жизнь в чужой стороне, дороги ей ее девичьи труды и забавы; кто же будет кликать летом кукушку, собирать бруснику и вишню, петь на берегу песни, если ее не будет? Отказала прекрасная дева Ильмаринену.
Печально опустил кузнец голову. Теперь ему не остается ничего другого, как возвратиться домой. Накормила, напоила хозяйка Похъёлы Ильмаринена перед дальней дорогой, посадила в медную ладью и велела северному ветру всю дорогу надувать его парус.

Лемминкяйнен находит жену

Ахти Лемминкяйнен жил со своей матерью на острове. Ловил рыбу, тем они и кормились. Красивым, сильным парнем вырос Ахти, но был у него и один недостаток: очень уж влекло его к женщинам. Если в какой-то из окрестных деревень праздник, можно не сомневаться ? Ахти тут как тут, глядит откуда-нибудь из-за кустов на танцующих нарядных женщин горящими глазами. Прослышал он, что есть на Саари девушка, прекрасная как цветок, но непомерно гордая. Сватались к ней и Солнце, и Месяц, и сын Полярной Звезды, из чужих краев ? Эстонии, Ингрии ? приходили сваты, наслышанные о ее красоте, но всем им отказала капризная Кюлликки. До смерти захотелось Лемминкяйнену жениться на дивной красавице. Напрасно отговаривала его мать, убеждая Ахти, что знатный род Саари не выдаст девушку за бедного рыболова.
? Пусть род мой и не знатен, ? гордо отвечал ей Лемминкяйнен, ? зато уж статью, удалью и силой я любого заткну за пояс.
? Засмеют тебя девицы Саари, ? предостерегала его мать.
? Наделаю им детей, так живо умолкут! ? засмеялся Ахти.
Мать Лемминкяйнена только руками всплеснула.
? Горе мне, несчастной! Да если ты обидишь женщин из рода Саари, мстить тебе выйдет целая сотня: род этот очень силен и многочислен.
Не послушал мать Лемминкяйнен, сел на лошадь и отправился в деревню, где жил род Саари. В воротах усадьбы Ахти столкнулся с санями и чуть было не оказался на земле. Но досадней всего было ему услышать смех девушек, видевших, как неловко, накренившись набок, въезжал он во двор их богатого дома. Не подал виду Лемминкяйнен, что задет таким отношением, и молодецки повел речь с девушками Саари:
? А что, есть у вас поляны, где можно поплясать с девушками?
? А вот поступи к нам пастушонком, ? был насмешливый ответ, ? тогда вдоволь сможешь развлекаться с девушками на полянах.
Не раздумывая, Лемминкяйнен принял это предложение. Скоро в деревне не осталось ни одной девушки, которую бы он не обесчестил. За исключением одной ? прекрасная Кюлликки-цветочек по-прежнему оставалась для него недоступной. Но не таков был веселый Лемминкяйнен, чтобы отступить перед трудностями; он продолжал настойчиво свататься. Наконец девушка не выдержала и сказала ему:
? Что ты попусту тратишь время? Не пойду я за тебя: я хочу мужа себе под стать, стройного и красивого, как я сама. Не пара ты мне, пойми же наконец.
Ничего не сказал ей Ахти, только затаил в сердце жгучую обиду.
Прошло полмесяца. В деревне был праздник. Девушки весело плясали на лесной поляне. Кюлликки затмевала их всех. Вдруг прямо в середину хоровода на коне въехал Лемминкяйнен; схватив Кюлликки, он бросил ее в сани и быстро поскакал прочь, на прощание прогрозив девушкам, что если он расскажут о его поступке, он заклятием истребит всех мужчин в деревне.
Напрасно Кюлликки плакала и умоляла своего похитителя отпустить ее; Лемминкяйнен лишь ласково убеждал девушку, что ей с ним будет хорошо: добра у него вдоволь, храбрости и силы ему не занимать, а это куда ценнее, чем знатность рода. В конце концов Кюлликки смирилась со своей судьбой, об одном лишь просила она Ахти ? вести мирную жизнь, не ходить на войну, не затевать ссор.
? Что ж, согласен, ? отвечал Лемминкяйнен, ? но и ты пообещай, что забудешь про пляски и гулянки. Не к лицу они замужней женщине.
Обменялись молодые люди клятвами, призвав в свидетели великого бога Укко, и стала Кюлликки невестой Ахти. Правда, ее немного смутил скромный вид дома Лемминкяйнена, но Ахти обещал вскоре построить новый, более просторный и крепкий. Мать Лемминкяйнена не могла нарадоваться на прелестную невестку.

Кюлликки нарушает клятву

Счастливо жили Лемминкяйнен и Кюлликки на своем уединенном острове. Ахти ловил рыбу, его молодая жена занималась хозяйством, забыв и думать о прежних развлечениях. Однажды Лемминкяйнен, как обычно, рано утром ушел на промысел; но наступил вечер, а его все нет. Скучно стало Кюлликки одной дома, и пошла она в деревню, где плясала с девушками до поздней ночи.
Страшно разгневался Лемминкяйнен, узнав от сестры Айникки о поступке жены. Велел он матери выстирать его рубашку в змеином яде, чтобы идти в ней в Похъёлу сражаться с сынами Лапландии.
? Не ходи, сынок, ? отговаривала его мать. ? Видела я недобрый сон: ворвалось к нам в дом пламя, от пола до потолка объяло все жилище.
? Женским снам я теперь верю не больше, чем женским клятвам, ? мрачно сказал Лемминкяйнен. ? Просит душа моя битвы; не успокоюсь, пока не отведаю мед сраженья.
? Пей лучше пиво из бочки: у нас его припасено много, ? сделала мать еще одну попытку остановить Ахти.
? Слаще в походе пить воду с весла.
Тогда мать рассказала, что вчера раб, пахавший землю, нашел на поле в змеином гнезде клад монет. На это Лемминкяйнен ответил, что военная добыча влечет его куда больше; он признался, что хочет добыть в Похъёле жену.
? Да ведь у тебя уже есть жена! ? удивилась мать.
? Пусть Кюлликки остается в своей деревне и веселится там в свое удовольствие, ? сурово отрезал Ахти. ? Мне она больше не жена.
Поняла мать, что не удастся ей заставить Лемминкяйнена отказаться от своей опасной затеи, и стала просить его хотя бы оградить себя волшебными чарами от колдовства лапландцев. На это Ахти отвечал, что он и сам чародей посильнее похъёльцев. Расчесав волосы, Лемминкяйнен бросил щетку к печке и сказал:
? Если из этой щетки польется кровь, значит, я убит.
Снарядился Лемминкяйнен в дорогу, с удовлетворением оглядел свой железный панцирь:
? Добрый доспех посильней любого колдовства.
Призвал Ахти себе на помощь богов и героев прошедших времен, запряг златогривого жеребенка в сани и в три дня доскакал до Похъёлы. Въехав в деревню, стал он стучать в двери домов, ища кого-нибудь, кто помог бы ему снять с лошади хомут. Дважды получив отказ, Лемминкяйнен, прежде чем войти в третью избу, призвал духа Хийси и попросил сделать его незаметным, после чего появившийся из тумана человечек наконец развязал ему гужи на оглоблях. Заглянув с улицы в дом, Лемминкяйнен обнаружил, что он весь полон чародеев. Пройдя сквозь стену внутрь, он принялся внимательно слушать, желая набраться волшебной мудрости. Однако хозяйка Похъёлы сразу почувствовала присутствие в доме постороннего и потребовала его представиться. Тогда Лемминкяйнен начал петь заклинательные песни, и заклятия его были так сильны, что он заклял всех находившихся в доме чародеев, разметал их по разным местам. Только старого слепого пастуха из жалости пощадил Лемминкяйнен и не навел на него заклятие, но тот вовсе не был ему за это благодарен. Страшно обиделся злобный старец за презрительные слова, которые сказал ему Лемминкяйнен, и на священной реке Туонеле устроил на удальца засаду.

Лемминкяйнен ловит лося Хийси

Разделавшись с колдунами, Лемминкяйнен тут же посватался к дочери хозяйки Похъёлы.
? Если ты хочешь быть мужем моей дочери, поймай сперва лося Хийси. Так ты докажешь, что ты дельный человек, достойный быть моим зятем, а не пустой искатель приключений, ? ответила ему старая Лоухи.
Приготовил Лемминкяйнен дротик, лук со стрелами, мастер Люликки изготовил ему лыжи, предупредив, однако, Ахти, что попытка поймать лося, принадлежащего злому Хийси, обречена на неудачу.
? Нет на свете такой твари, которая могла бы ускользнуть от Лемминкяйнена, ? хвастливо заявил удалец.
Услышал эти слова слуга Хийси Ютас и сотворил лося из разных растений: голову сделал из гнилого пня, рога ? из веток ивы, ноги ? из тростника.
? Пусть теперь побегает Лемминкяйнен, ? посмеивался Хийси.
Оказавшись на воле, лось Хийси сразу показал, что является созданием злого духа, учинив настоящий разгром в деревне. Встал на лыжи Лемминкяйнен и пустился вдогонку за волшебным зверем. Перед глазами отважного охотника мелькали болота, поляны, лесные дебри, до самого жилища бога смерти Калмы преследовал Лемминкяйнен лося, но так и не смог настичь его. Лишь в одном уголке на дальней окраине Похъёлы не побывал еще Лемминкяйнен; когда же он заглянул и туда, то по следам бесчинств, учиненных лосем, сумел наконец схватить диковинного зверя. Вяжет Лемминкяйнен лося березовыми ветвями, отчаянно вырывается из его рук буйное животное. Наконец лось порвал путы и скрылся в полях. Снова бросился в погоню Лемминкяйнен, но его лыжа застряла в яме, и надежда настичь желанную добычу окончательно угасла. Горько раскаялся Лемминкяйнен в своем упрямстве и самонадеянности и зарекся когда-либо снова пытаться поймать лося Хийси.

Гибель Лемминкяйнена

Однако, по здравом размышлении, Лемминкяйнен пришел к выводу, что вернуться с пустыми руками он успеет всегда; прежде нужно приложить все силы к тому, что все-таки достичь желаемого. Воззвал Лемминкяйнен о помощи к богам ? небесному отцу Укко, лесным божествам Нюрикки, Миэликки и Тапио, просит их послать ему удачу. Снова пустился Лемминкяйнен на поиски лося; на третий день он набрел на золотое жилище лесного царя Тапио, озарявшее своим сиянием окрестности. Подошел Лемминкяйнен к окну, где в будничных одеждах сидели подательницы даров, матери злаков ? жена Тапио Мимеркки, хозяйка леса, и их дочери, лесные девы; сладкими речами, тонкой лестью склонил к себе Ахти сердца обитательниц золотого дворца, выгнали девы лося из чащи прямо в руки к удачливому охотнику. Накинул Лемминкяйнен на шею лося аркан, поблагодарил любезных хозяек леса и, веселый, отправился к хозяйке Похъёлы.
Но там его ждало новое поручение. Теперь Лоухи потребовала, чтобы он увел у Хийси и его коня. После трех дней бесплодных поисков Лемминкяйнен поднялся на высокий холм, оглядел окрестности и наконец увидел на опушке ельника коня с огненной гривой. По просьбе Лемминкяйнена бог Укко обрушил на жеребенка Хийси железный град, после чего тот присмирел и покорно склонил голову пол серебряную уздечку, которую надел на него Лемминкяйнен.
Но и после этой победы старая ведьма не оставила Лемминкяйнена в покое. Чтобы получить в жены ее дочку, он должен был застрелить лебедя, жившего на священной реке Туонеле, причем сделать это с одного выстрела.
Поспешил Лемминкяйнен с луком за плечами к берегу Туонелы, где его уже давно поджидал оскорбленный им слепой пастух. Несмотря на свою слепоту, увидел он Лемминкяйнена и, выхватив из воды змею, вонзил ее удалому охотнику прямо в сердце. Потемнело у Лемминкяйнена в глазах, и он упал замертво; последней его мыслью было сожаление, что не догадался он узнать от матери заклинание против змеиного укуса. Сбросил пастух тело Лемминкяйнена в реку, и воды Тоунелы понесли его вниз по течению. Кровавый дух Тоунелы разрубил тело Лемминкяйнена мечом и бросил его в черные глубины этой подземной реки.

Мать возвращает Лемминкяйнена к жизни

Между тем дома мать и Кюлликки тревожились за судьбу Лемминкяйнена. Однажды утром Кюлликки увидела, как из оставленной мужем щетки сочится кровь. Поняли женщины, что с Ахти стряслась беда. Со всех ног пустилась мать Лемминкяйнена в Похъёлу, спрашивает у Лоухи о судьбе сына.
? Да откуда мне знать, где твой сын? ? ответила лукавая хозяйка Похъёлы. ? Может, он утонул или попался в лапы к медведю или в пасть к волку.
? Ты лжешь, старая ведьма! ? возмутилась мать Лемминкяйнена. ? Ни одному медведю или волку не одолеть Ахти. Говори, где мой сын, или я разнесу в щепки твое проклятое Сампо с тобой заодно!
Лишь с третьего раза Лоухи рассказала обезумевшей от горя женщине, какие поручения она дала Лемминкяйнену. Повсюду искала несчастная мать своего Ахти, у кого она только не спрашивала о нем ? у дуба, у дороги, у месяца, но лишь солнце смогло ей поведать, какая судьба постигла ее сына. Зарыдала мать Лемминкяйнена, бросилась к кузнецу Ильмаринену, молит его сделать ей исполинские железные грабли с медной ручкой. Исполнил мастер ее просьбу; с этими граблями побежала женщина к роковой для ее сына реке, просит солнце посветить посильнее, чтобы хоть ненадолго ослабить власть темного царства Туонелы. Сделало солнце, как она просила, опустила женщина грабли в воду, шарит ими в темной глубине. Вот вытаскивает она рубашку Лемминкяйнена, а вот и его шапка. Все чернее на сердце у матери, но, преодолевая боль и страх, она продолжает свои ужасные поиски. Наконец она достает обезглавленное, с отрубленными конечностями тело Лемминкяйнена.
? Неужто нет способа его оживить? ? в слезах воскликнула она.
? Нет! ? зловеще прокаркал услышавший ее ворон. ? Кто умер, тот жив уже не будет!
Глотая слезы, снова погрузила мать Лемминкяйнена грабли в воду. По одной выловила недостающие части тела сына. Приложила она их к телу, крепко связала жилы, молит богиню Суонетар и бога Укко соединить части дорогого ей тела. Затем по ее просьбе пчела приносит ей из лесного царства Метсолы медовую мазь, которой женщина смазывает тело Лемминкяйнена, но безрезультатно. Еще раз просит мать пчелку: за девятым морем, в доме Тури, есть чудодейственные мази, которые могут ей помочь. Отправилась в далекий путь прилежная пчелка, принесла требуемые мази, но и они не смогли оживить Лемминкяйнена. В третий раз просит женщина пчелку: высоко на небе, в погребе бога Укко варятся мази, которыми утоляет боль сам создатель. И снова не отказала пчелка в отчаянной материнской просьбе, множество сосудов с чудесными мазями принесла она из кладовых великого бога. Натерла ими женщина тело сына, и ожил Лемминкяйнен; точно пробудившись ото сна, сладко потянулся и сказал:
? Долго же я спал!
? И спал бы еще дольше, если бы не мать, ? вздохнула женщина, у которой на глазах блестели слезы счастья.
Рассказал Лемминкяйнен, как убил его злой пастух (тут мать пожурила его за то, что он опрометчиво отправился на войну против чародеев не зная заклинания от змеиного укуса), посетовал, что теперь не видать ему прекрасную дочь хозяйки Похъёлы: лебедя-то он не убил.
? Бог с ним, с этим лебедем, пусть себе плавает, ? ответила мать. ? Поблагодари лучше творца за его чудесную помощь. Без нее не выбраться бы тебе из царства смерти.
Вскоре мать и сын благополучно возвратились домой.

Назад в раздел






Фотоальбом




Rambler's Top100


Главная | Новости | ФУКЦ РФ | Сообщество
Сайт находится в стадии информационного наполнения.
Ваши замечания и пожелания Вы можете оставить здесь.




© Филиал ГРДНТ им. В.Д. Поленова "ФУКЦ РФ", 2007-2019
При использовании материалов
ссылка на сайт www.finnougoria.ru обязательна.
В оформлении сайта использованы работы Павла Микушева.
Республика Коми, г.Сыктывкар, ул. Ленина, д. 73,
тел./факс (8212) 440-340,
e-mail: fucult@finnougoria.ru